Игуменья софия новодевичий монастырь

Игуменья софия новодевичий монастырь

Сонька Тамбовская и вся православная рать

«Воцерковлённый вор в законе, когда спалился словно лох —
Акафист заказал иконе, и лучше выдумать не смог».

Фима Жиганец ( aleksid )

via kalakazo
Елена Рыйгас, ассоциированный научный сотрудник СИ РАН: «Новые лики святости: Сонька Тамбовская»: «Неделю назад в сети были размещены ролики тринадцатилетней давности (все они тут), где на праздновании дня рождения всепетербургского старосты Барсукова-Кумарина была засвечена практически вся церковная верхушка местной группировки РПЦ: по-киношному благостный настоятель храма Дмитрий Солунского в Коломягах Ипполит Ковальский, настоятельница Новодевичьего монастыря София Силина, в свойственной ей роли «не виноватая я, он сам пришел» (вот кстати, в кадре вся «святая торица»: Кумарин, игуменья София, и протоиерей Ковальский) , нынешний секретарь Петербургской епархии Сергей Куксевич, вор в законе Вова Блондин (вот о нём), и другие «уважаемые люди».

Видео начинается сценой молебна в Новодевичьем монастыре, где Ипполит Ковальский драматичным баритоном воссылает небесам многолетие в честь юбиляра, а потом наивно перечисляет его благодеяния: «Еще вечером на монастыре куполов не было, а рано утром они уже появились». В этих словах, по всей видимости, содержался тонкий намек на то, что если за дело берется ночной губернатор, то и купола на святых церквях он возводит в то время, пока бог и боголюбивые власти Петербурга спят.

Если учесть масштаб церковной благотворительности Кумарина, то религиозные власти должны были бы его давно канонизировать: это не только озолоченный Новодевичий монастырь, но и Троице-Сергиева пустынь в Стрельне, настоятелем которой является ближайший соратник игуменьи Софии архимандрит Николай Парамонов. Восстанавливаться из руин мужской монастырь стал синхронно с Новодевичьим монастырем, а монашествующая пара только и успевала делать ходки между двумя объектами, наблюдая за строительными работами. Не остался без благодеяний и храм в Коломягах, рядом с которым был при помощи самозахвата земли и самостроя был возведен двухэтажный дом причта. Список можно продолжить Константино-Еленинским монастырем и другими объектами приложения духовно-финансовых усилий. Впрочем, и вышеперечисленного достаточно для присуждения меценату хотя бы звания почетного великомученика. Видимо, для этой цели и предполагался визит патриарха Кирилла в Новодевичий монастырь для торжественного освящения 5 мая 2019 года. Но главсвященник неожиданно объявил антракт и отправился в оздоровительное заморское паломничество. Однако свято место в синодике новых чинов святости не бывает. Вместо исповедников, мучеников и равноапостольных просветителей необходимо вводить новые ранги, с учетом российской действительности.

Например, игуменья София Силина — как «монахиня на доверии», или «Сонька Тамбовская». Ее масть в церковной иерархии – это смотрящая за привозными святынями (Дарами Волхвов, Поясом Богородицы).

Митрополит Петербургский и Ладожский Варсонофий – «духовный форточник». Митрополиту Волоколамскому Илариону Алфееву кроме скучного «Академик» больше ничего и не придумать. У патриарха Кирилла как старшего в церковной масти за прозвищами не уследишь: любовь паствы к нему безгранична. В ближайшем будущем ожидается редкая для такой должности масть «Царскосельский затворник».

Чинам современной православной святости должна соответствовать какая-нибудь разметка, будь то татуировки, кольца или видимые признаки иерархического престижа. Хотя многие священники стремятся надевать на себя как можно больше медалей, тяготея тем самым к одному из силовых ведомств, где много погон и лампасов, но главным отличием каждого батюшки в современной духовной действительности пока остается головной убор (камилавка), очень похожий на наперсток.»

Общину делает монастырем послушание

– Я думаю, что ту или иную общину монастырем делают не те конкретные дела, которые она совершает или не совершает, а духовное отношение сестер к послушаниям, возлагаемым на них Церковью, священноначалием, игуменией. Ведь любое послушание внутри монастыря, не связанное с людьми, благотворительностью или социальной деятельностью, может стать бездуховным, и в то же время любое служение, пронизанное любовью к Богу и к людям, молитвой, сознанием самоотречения, даже если оно осуществляется вне стен монастыря, будет превращать эту общину в монашескую.

Много тому подтверждений есть в житиях святых. Вспомним, например, житие преподобного Виталия Александрийского, подвизавшегося во второй половине VI – начале VII века в монастыре преподобного Серида. В 60-летнем возрасте он отправился в Александрию и стал заниматься, мы бы сегодня сказали, миссионерским социальным служением: посещая злачные места, он проповедовал блудницам, уговаривая их оставить порочный образ жизни. А горожане думали, что он — великий грешник, все ночи проводит в развлечениях! Многие бранили его, клеветали на старца и только впоследствии узнали о том, что целью его посещения падших женщин являлось спасение их душ. Преподобный находился в такой степени свободы и святости, что лично ему, его душе это только принесло пользу. Заметим, что, если сегодня монашествующий покинет монастырь для того, чтобы осуществлять подобного рода служение, это скорее станет источником огромного вреда.

Могу привести в качестве примера одну грустную историю из жизни нашей обители, которая произошла из-за отсутствия у нас на тот момент соответствующего духовного и житейского опыта. В первый же год после открытия Воскресенского Новодевичьего монастыря, то есть в 1997 году, один прихожанин рассказал нам, насколько тяжело переносить заключение в тюрьме женщинам – особенно тем, у кого есть маленькие дети. Накануне Пасхи мы с сестрами покрасили несколько тысяч яиц, затем, еле живые от усталости, пошли на праздничную службу, помолились и после Всенощного бдения и Пасхальной заутрени, так и не сомкнув глаз, собрали подарки для детей, взяли Евангелие для взрослых и отправились в тюрьму. Однако стоило нам приехать, как около тысячи яиц кто-то умудрился украсть. Но это было бы не так страшно, как другие последствия, отчетливо показавшие, что человек, берущийся за добродетель, которая выше его меры, по словам святых отцов, «. кладет себе аспида за пазуху». Например, спустя некоторое время к нам пришла девушка, которая со слезами на глазах поведала о постигших ее тяжелых жизненных обстоятельствах. Мы встретили ее с распростертыми объятиями, одели, стали лечить, опекать, а позже оказалось, что она, рассказывая легенды о трудной жизни, выманивала у прихожан деньги. Единственным человеком, сумевшим ее понять, был ныне уже покойный духовник епархии – архимандрит Кирилл (Начис). Батюшка жил в нашем монастыре на покое, и когда я подвела к нему эту женщину, глядя ей в глаза, сказал: «Ты аферистка!» В считанные секунды она исчезла из монастыря. А позже, разбирая ее вещи, сестры увидели маленькое Евангелие – одно из тех, что мы раздавали женщинам в тюрьме. Стало ясно, откуда и почему предприимчивая преступница пришла именно к нам – тогда еще наивным, духовно не подготовленным к встрече с подобными искушениями.

– Прошло более шестнадцати лет. Сестры обители за это время духовно окрепли, совершают служение во имя любви к ближнему и за оградой обители. Как Вы подчеркнули в начале нашего разговора, если такое служение пронизано любовью к Богу и людям, молитвой, то оно будет превращать общину в монашескую.

– Да, у нас есть такие послушания, которые Бог ставит перед нами как очевидную задачу, которую надо решать. И мы стараемся это делать по мере сил и возможностей. При монастыре есть Свято-Владимирская общеобразовательная школа, открытая в 2006 году. На сегодняшний день она насчитывает более 200 воспитанников. Сейчас же в 1-6 классах учится 60 ребят. Многие из них из многодетных семей. Должна сказать, что я пристально слежу за приемом учеников в школу, которая по благословению митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского Владимира должна стать в 2015 году детско-юношеским центром празднования 1000-летия со дня преставления святого равноапостольного князя Владимира, Крестителя Руси. Процессу приема учеников приходится уделять много внимания, так как не все родители приводят детей в школу, руководствуясь пониманием, что тот факт, что школа церковная, накладывает на них ряд обязательств. Принятие детей из нецерковных семей в большинстве случаев невозможно, так как ребенок зачастую испытывает сложности, находясь в незнакомой для него обстановке, и часто сам становится источником этих сложностей для других. С другой стороны, верующие родители должны понимать, что обучение в церковной школе складывается как из академической, так и практической составляющих и подразумевает не только то, что ребенок будет окружен верующими детьми и преподавателями, но что от него ожидается участие в богослужениях, Таинствах, школьных мероприятиях церковного характера.

Чуть более двух лет назад при монастыре был создан благотворительный медицинский диагностический центр женского здоровья «Белая Роза» (он, как и школа, находится в монастырском здании, расположенном за оградой обители). Центр был открыт при участии государства. Его главной благотворительницей и организатором является супруга Председателя Правительства Российской Федерации Дмитрия Медведева Светлана Медведева. Сестры Новодевичьего монастыря несут послушания в центре, оказывая духовную помощь и поддержку в первую очередь тем женщинам, у кого в ходе обследования обнаруживается онкологическое заболевание: помогают не остаться в тяжелую минуту наедине со своим горем, начать участвовать в Церковных Таинствах. Господь попускает нам серьезные болезни для того, чтобы мы отрешились от мирской суеты, с молитвой и покаянием обратились к Любящему Отцу.

На первом этаже центра «Белая Роза» находится образ Божией Матери «Всецарица». Это точный список с чудотворной иконы, хранящейся на Святой Горе Афон. Он был написан афонскими монахами и привезен губернатором нашего города Георгием Полтавченко. Икона Царицы Небесной особо источает исцеления на людей, страдающих от онкологии. В этом же зале, специально отведенном для молитвы, есть и икона святого великомученика и целителя Пантелеимона, одного из самых почитаемых на Русской Земле святых. Многие пациентки медицинского центра молятся перед этими иконами.

– Матушка София, в одном из интервью Вы сказали, что женские обители, расположенные в городе, более закрыты для социума. Но ваш монастырь столько всего делает для мирян! А ведь мы еще даже не коснулись темы паломников, которые приезжают сюда, говоря Вашими словами, как на оживший среди бушующего моря городской суеты островок вечности.

– Социум. Мне больше нравится «народ Божий». И прием в монастыре паломников – тоже общение с народом Божиим. Один из минусов современного паломничества – это то, что великое множество людей передвигается в битком набитых автобусах от святыни к святыне, но не встречает личного внимания. Поэтому я благословляю сестер не только кормить людей и водить экскурсии по монастырю, но и рассказывать об обители так, чтобы паломники сердцем почувствовали: монастырь, созидавшийся молитвами и трудами многих поколений истинных подвижниц, восстает ныне из небытия для служения Богу, Церкви Христовой и народу Божию.

На следующий день после беседы с игуменией Софией мы побывали в Свято-Владимирской школе и в медицинском диагностическом центре «Белая Роза». В школу мы пришли к началу праздничной Божественной литургии, совершаемой в домовом храме монастырским священником – духовником школы иереем Дмитрием Ериным. Трогательно было видеть, как другой священник, принимавший исповедь у учеников, приседал на корточки, когда к нему подходил кто-то из младшеклассников крохотного росточка. А за алтарем храма находится могила обер-прокурора Святейшего Синода Константина Победоносцева, которому принадлежит огромная заслуга в открытии этой школы, тогда называвшейся женской церковно-учительской школой в честь святого равноапостольного князя Владимира. Открыта она была в память 900-летия Крещения Руси, и обучались в ней девушки – будущие учителя и директора церковно-приходских школ для всей Российской империи. Сегодня же в этом историческом здании базируется не только общеобразовательная школа, но и детская воскресная школа, при которой успешно развиваются хореографическое отделение, музыкальное, отделение изобразительных искусств, работают драмкружок, кружок рукоделия и другие.

А в благотворительном медицинском центре мы узнали, что за день здесь проходит бесплатное комплексное обследование до 100 женщин. Одна из инокинь Воскресенского Новодевичьего монастыря, несущая тут послушание, призналась, что поначалу ей трудно было найти слова, способные как-то утешить, подбодрить женщину, вышедшую из кабинета врача с глазами, полными слез. Но потом («Как много значит благословение матушки-настоятельницы!» – сказала инокиня) и слова стали находиться, и женщины сами начали обращаться к сестрам за духовным советом.

Беседовала: Нина Ставицкая
Фото: Владимир Ходаков

м. София Силина. Святые будни монастырские

На мои вопросы отвечает игумения Воскресенского Новодевичьего монастыря в Санкт-Петербурге матушка София (Силина).

— Скажите, матушка, тяжело ли решиться на такое — стать монахиней?

— Говоря о монашестве, Святые Отцы часто повторяют: «Принимая постриг, человек должен «умереть себе». Этот призыв в первую очередь относится к человеческой воле, к тем целям, к которым она перед нами ставит, к тем духовным силам, которые ведут нас к этим целям. Однако греховная воля, от которой мы пытаемся отречься в монашестве, неразрывно переплетена с той жизнью, которую мы вели в миру, — вот почему во многих благоустроенных монастырях у монахов существует добрая традиция не делиться подробностями своего мирского пути и никого не спрашивать о них. В конце концов, о том, насколько верен был наш духовный путь, мы узнаем по тем плодам, которые он принесёт.

Так что, не вдаваясь в излишние подробности, я бы ответила на ваш вопрос так. И прежде, и сейчас я чувствую великую правду слов Спасителя: «Не вы Меня избрали, а Я вас избрал и поставил вас, чтобы вы шли и приносили плод» (Ин. 15, 16). Впервые я услышала о монастырях и монахах ещё в школе и была поражена тем, что и в наше время есть люди, которые выбирают такой образ жизни. Заинтересовавшись, я стала ездить в паломничества в различные обители, в частности – в Троице-Сергиеву Лавру, где как-то раз в разговоре меня спросили, не хочу ли я сама стать монахиней. Мои дальнейшие встречи с архимандритом Кириллом (Начисом), игуменом Николаем (Парамоновым) и другими опытными духовниками научили меня смотреть на монашество не как собственный выбор, но как на дар, который Сам Бог вручает тем, кому благопожелает. Поэтому, когда много лет назад я ехала к старцу о. Николаю Гурьянову просить благословение на монашество, я боялась не того шага, который я хотела с его благословения совершить, а того, что этого благословения он мне не даст.

— Расскажите о ваших наставниках. Кто более всего повлиял на становление вашей души?

— Я уже упомянула двух таких людей. Архимандрит Кирилл, как вы знаете, был духовником Санкт-Петербургской епархии. После выхода за штат он поселился в нашей обители, служил, молился о нас, исповедовал и окормлял наших сестёр. Он же и постригал меня в мантию.

С игуменом Николаем (Парамоновым), нынешним настоятелем Троице-Сергиевой пустыни в Стрельне, нас связывает давняя духовная дружба. Когда я ещё была в миру, мы часто беседовали, он давал мне книги о монашеской жизни, первым открыл для меня труды о. Софрония (Сахарова) и старца Силуана Афонского. Долгое время я была прихожанкой обители, которую он возглавлял. Там и сформировалась группа девушек, которые впоследствии стали сёстрами нашего монастыря.

Митрополит Иоанн (Снычев), с которым я также была знакома ещё мирянкой, силой своей молитвы и благочестивым примером также много содействовал тому, чтобы я укрепилась в принятом мною решении.

К отцу Николаю Гурьянову, который благословил меня на монашеский постриг, я обращалась во всех значительных событиях нашей жизни: при открытии обители, в трудные дни борьбы за возвращение монастырю храмов и зданий. Я часто бывала на острове Залита. Однажды приехала туда вместе с бабушкой, т.к. хотела обсудить с о. Николаем, как же мне поступить — ведь все мои родственники, и в особенности бабушка, были против моего ухода в монастырь. Старец предсказал мне, что она пойдёт вслед за мною. И бабушке, которая в ту пору была почти невоцерковлена, тоже об этом сказал. Тогда это воспринималось почти как фантастика, а сегодня моя бабушка — монахиня в нашем монастыре.

И ещё об одном важном для меня знакомстве я считаю необходимым упомянуть. Большое влияние на мое становление и как монахини, и как игумении оказала приснопамятная схиигумения Варвара, настоятельница Пюхтицкого монастыря. Для меня и для многих наших сестёр она стала настоящей духовной матерью. Я часто ездила в Пюхтицы, а она несколько раз посещала наш монастырь и всегда делилась чем-то из своего бесценного монашеского и игуменского опыта. Как родная мать она всегда выслушивала меня и сестёр, учила азам монашеской жизни, знакомила с монастырскими послушаниями и обычаями. В благодарность за всё, что она сделала для нас, на стене одного из наших монастырских храмов мы написали фреску, на которой изображена встреча матушки Варвары с прп. Серафимом Вырицким.

— Недавно почил о Господе прот. Михаил Сечейко, с которым вы были хорошо знакомы. Не хотели бы вы о нём немного рассказать?

— Когда мне было семнадцать лет, я стала прихожанкой Князь-Владимирского собора, в котором тогда служил о. Михаил. Мне в особенности запомнились его проповеди, которые он произносил перед исповедью, проникновенные и искренние слова которых, примеры из обычной жизни доходили до самого сердца, так что когда ты склонял голову перед крестом и Евангелием, прося разрешить тебя от грехов, слёзы сами лились, а сердце было полно покаяния.

Батюшка умел сказал слово вразумления так, что, выслушав его, ты чувствовал не обиду или боль, а любовь, которой тебя любит Бог и которой тебя любит о. Михаил.

Многим переступающим порог церкви знакомо чувство, когда из-за обилия народа каждая встреча со священником воспринимается как своего рода чудо или особый знак с небес. Когда мне было трудно, я заходила в Князь-Владимирский собор, каждый раз прося Бога о встрече с о. Михаилом — и каждый раз находила его, воспринимая эти встречи как особое Божие благоволение.

Мне навсегда запомнился его облик таким, как я его увидела однажды на Троицу или Вербное воскресенье — в клубах кадильного дыма, со светящимся добротой лицом, с цветами в руках.

— Что, по-вашему, самое трудное в монашестве? И что самое радостное?

— Вы только что обозначили две крайности человеческого опыта, но ведь жизнь, в том числе и монашеская, не прыжки из света в тень и обратно. Мне кажется, что многие проблемы, с которыми сталкиваются ищущие монашеской жизни, проистекают из того, что зачастую люди душевно и духовно готовят себя к каким-то невообразимым, ни на что не похожим переживаниям. С большим трудом они могут разглядеть духовную ценность в каждодневном, ничем не примечательном служении, в том служении, что совершается не в величественных подвигах, заставляющих окружающих благоговейно склонять голову перед нашим несравненным аскетизмом, а в будничных, рутинных делах. Среди поступающих в монастырь девушек и женщин очень распространены рассуждения о том, что-де в Русской Церкви настоящих женских монастырей нет, все они — трудовые лагеря, в которых заставят работать, но не научат молиться. Люди, рассуждающие подобным образом, если уж говорят о радости монашеского и христианского пути, то не иначе как словами, которыми бы стали говорить святые апостолы после видения на горе Фавор; а если уж речь заходит о трудностях и искушениях, то они обязательно видят себя на месте прп. Антония Великого, которого бесы поднимают на воздух и ударяют о землю, пытаясь оторвать от молитвы. Вспоминается очень простой рассказ митрополита Антония Сурожского о своём детстве: однажды ребёнком он усердно молился в своей комнате, и вдруг к нему заглянула его бабушка и объявила: «Морковку чистить!» И вся романтика размышлений о смирении и послушании, о видении Христа в ближнем вдруг свелась до способности выполнить такую вполне будничную просьбу и воспринять её не как помеху в духовной жизни, а как ответ на твою молитву, как ступень духовной лестницы, которая, в зависимости от того, в каком направлении ты её пройдешь, может либо приблизить, либо отдалить тебя от Бога.

Так что, возвращаясь к вашему вопросу, можно сказать, что самой большой радостью является не что-то определённое и тем более не что-то необычайное. Самая большая радость наступает, когда вдруг обнаружишь: нет такого места, от которого был бы далёк Господь, и нет ни послушания, ни поручения, ни самого простого дела, в котором бы Он не присутствовал, в котором нельзя было бы Его найти. Тогда самые будничные вещи обретают вечный смысл и вечную красоту.

А самое печальное — ждать, воображая, что настоящая жизнь начнется когда-то потом, а то, чем я живу сейчас, это-де всего лишь цепь досадных помех, которые, если уж невозможно избежать совсем, нужно хотя бы как-то переждать.

— В прошлом интервью вы сказали: монашество — это непрестанный плач о грехах. Что это значит? Это развитие в себе некоего чувства вины («комплекса вины», как говорят психологи) или всё-таки что-то иное?

— Христианская жизнь, частным случаем которой является монашество, это жизнь-служение, это жизнь не только не для себя, но даже не собой, не своей жизненной силой, а той, которую сообщает тебе Господь. Вдумайтесь, что именно мы просим в нашей молитве Духу Святому? — прииди, вселись в нас, пусть та жизнь, что нас наполняет, с этого момента перестанет быть нашей, пусть этой жизнью будешь Ты, и пусть та Животворящая Сила, которой Ты являешься, живёт в нас и движет нами.

Так вот, покаяние отличается от чувства вины тем, что центром приложения сил человека, переживающего чувство вины, по-прежнему является он сам. Покаяние говорит нам о том, какие мы, Каков Бог и какими Он бы мог нас сотворить, если бы мы позволили Ему это сделать. Чувство вины проистекает из нежелания смириться с тем, что своей силой я не смогу взять ту планку, которую сама перед собой поставила.

— По моим наблюдениям, в Православии самое тяжкое дело — любовь: чем больше узнаёшь людей, тем яснее видишь их несовершенства. И хорошо, если только видишь, — а ведь зачастую эти несовершенства приходится терпеть, так сказать, на собственной шкуре. Понятно, что и сам ты не подарок, что и с тобой люди мучаются, но от этого сознания не легче сносить чужие «шероховатости». Что бы вы посоветовали: как стяжать любовь? Как, по крайней мере, приступить к этому?

— Ваша фраза подобна тому, как если бы кто-то сказал: «По моим наблюдениям, в христианстве самое высокое — это Бог». Конечно, любовь трудно стяжать, потому что любовь — это не ощущение и не поступок. Любовь — это Бог. Всё, что мы имеем — это Его дар. Способность любить не исключение. Христианин, ропщущий на то, что стяжать какие-то дары трудно, подобен лётчику, ропщущему на то, что своей силой оторваться от земли он не может. Мне кажется, что лишь в осознании того, что ты не можешь усилием воли отрастить крылья, и заключается смирение. Крылья, которые донесут нас от земли к Нему, способен нам дать только Сам Бог. И Он обещал, что Он нам дарует их, потому что никому из нас Он не хочет погибели. Но даст Он нам их в то время, в которое благоволит Сам. Мы не можем Его принудить и не можем рассматривать свою духовную жизнь как принудительное обучение летать. Нам остается только ждать, но ждать не пассивно, не так, как в зале ожидания ждут самолета, понимая, что только после посадки и начнется настоящее путешествие, а ждать, понимая, что Бог — сейчас и здесь, что христианская жизнь, монашеская жизнь — сейчас и здесь, и каждое, самое пустяковое событие и действие нашей жизни — это ещё одна возможность прирастить пёрышко к своим будущим крыльям.

— Вы — руководите большой обителью… Если можно, скажите немного о стиле вашего духовного руководства: вы сторонница долгих молитвенных стояний, поклонов и т.д. или для вас «послушание выше поста и молитвы»? Вообще, как складывается обычный день ваших сестёр?

— Наверное, как и у любого человека, занимающегося тем или иным делом, у меня есть какой-то свой «стиль», однако говорить об управлении монастырем с точки зрения «стиля руководства», я считаю, неуместно. Монастырь не фабрика, не завод; у нас нет «бизнес-цели», «бизнес-плана» и «стратегии развития». Мы просто стараемся быть христианами — разве можно следовать за Христом каким-то особенным «стилем»? Мы живём, жизнь ставит свои задачи; мы просим у Бога ответа на них и пытаемся всё, что случается с нами, понять как ответ Господа на наши вопросы. Вот и весь «стиль».

Что же касается нашего распорядка дня, то обычно мы с сёстрами встаём незадолго до утреннего богослужения, которое начинается в 6 часов утра полунощницей и монашеским правилом. Затем — литургия и послушания. В 12 у нас обед, после которого до ужина мы снова выполняем различные монастырские дела. В 16 часов — ужин, а в 17 — вечерня. После вечернего богослужения сестры имеют возможность отдохнуть. Каждую неделю мы все вместе встречаемся для духовной беседы, а если у кого-то есть нужда поговорить с игуменьей наедине, то это также происходит, как правило, в вечернее время.

— Есть ли в вашей обители места, которые особенно любимы вами: может быть, это какая-то определённая икона, у которой вы любите молиться, или уголок в храме, или чья-то могилка на вашем замечательном кладбище, или… Где вам наиболее спокойно и радостно, где вы чувствуете себя «ближе к Богу»?

— Обитель была возвращена нам полностью разрушенной. Сохранившиеся здания только редкими деталями своего внешнего убранства по-прежнему напоминали о том, что они когда-то принадлежали Церкви. Даже помещений, которые были бы хоть сколько-то пригодными для жилья, и то, в сущности, не было, а что уж говорить о храмах. Поэтому всё, что мы сейчас имеем, было воссоздано усердием и молитвой наших сестёр, прихожан, благотворителей. И потому мы любим каждый уголок нашего монастыря. Но если говорить лично обо мне, то я очень люблю наш крохотный домовой храм во имя прп. Серафима Вырицкого, который расположен в игуменском доме. Здесь мы с сёстрами часто собираемся для чтения монашеского правила, совершения ранних литургий и других служб, за которыми, как правило, не бывает никого, кроме самих насельниц. Как я и сказала, храм очень маленький, но благодатью Божией нам он кажется просторным – нам в нём не тесно, но в нём — может быть, больше, чем в каком-либо другом храме нашей обители, — мы можем почувствовать себя одной монашеской семьей.

Посещающие нашу обитель паломники, мне кажется, чувствуют, что мы любим все наши храмы, всю нашу обитель, и, я надеюсь, эта любовь передается и им. В особенности и гости, и сами сёстры любят молиться на могилке блаженной ДАРЬЮШКИ (в иночестве Исидоры), упокоившейся на нашем кладбище. Блаженная Дарьюшка жила в середине девятнадцатого века, двенадцать раз ходила пешком на Соловки, а потом стала нашей насельницей. Будучи простым и очень глубоким душою русским человеком, она обладала дарами молитвы и утешения, за которым к ней обращались и прихожане, и сёстры. Продолжают они к ней обращаться за помощью и по сей день.

Все познается в сравнении. Какой должна быть настоятельница монастыря?

Игумения Людмила — настоятельница Иоанновского монастыря на карповке, в миру — Ольга Константиновна Волошина, родилась в 1953 г.
В 1980 г. поступила в Свято-Успенский Пюхтицкий женский монастырь, когда ей было 27 лет.
18 мая 1990 г. была пострижена в мантию митрополитом Ленинградским и Новгородским Алексием (Ридигером). В 1992 г. перешла в Иоанновский ставропигиальный женский монастырь.
2 апреля 2014 г., после кончины схиигумении Серафимы (Волошиной), назначена настоятельницей обители.

Теперь давайте посчитаем. Таким образом, матушка Людмила имеет 37-летний опыт жизни в монастыре, 27 лет из них она в постриге. Игуменией была назначена после 24 лет духовной жизни в постриге.

Игумения Илариона (Феоктистова) — настоятельница Константино-Еленинского монастыря Спб епархии, родилась 11 мая 1969 года в Санкт-Петербурге.
С 14 января 1995 года пела в хоре Казанской церкви Новодевичьего монастыря.
1 января 2000 года поступила в Воскресенский Новодевичий монастырь послушницей.
1999—2006 гг. — окончила Свято-Тихоновский университета, писала дипломную работу, посвященную истории Новодевичей Воскресенской обители.
28 марта 2002 года — иноческий постриг совершил архимандрит Кирилл (Начис).
10 марта 2006 года — постриг в мантию с наречением имени Илариона (в честь священномученика Илариона, архиепископа Верейского, память 28 декабря) совершил архимандрит Гурий (Кузьмин).
11 мая 2006 года — назначена старшей сестрой монашеской общины при храме святых равноапостольных Константина и Елены в пос.Ленинское Выборгского района Ленинградской области. 11 сентября 2011 года монахиня Илариона возведена в сан игумении.

Теперь считаем. Общий стаж послушаний — 22 года. В постриге 17 лет. Прошла все степени посвящений — послушница, иночество, монашество. На момент назначения старшей сестрой прожила в монастыре 7 лет.

Игумения София — настоятельница Новодевичьего Воскресенского монастыря, в миру — Юлия Борисовна Силина, родилась 18 ноября 1972 года.
Окнчила юридический факультет СПбГУ. Еще учась в университете, работала в духовной академии Санкт-Петербургской епархии.
Постриг приняла в 1996 году по благословению старца Николая Гурьянова. Постригал в монашескую мантию архимандрит Кирилл (Начис).
Более конкретной информации в интернете не смогла найти.

Но очевидно, что сейчас у матушки Софии за плечами 20-летний стаж монашеского опыта.

Хотела бы вспомнить и уважаемую всеми леушанами игумению Кириллу (Червову) — настоятельницу Новолеушинского Предтеченского монастыря в Мяксе. Она приняла постриг в Иоанновском монастыре на Карповке в 1990 году.

Общий монашеский стаж на момент назначения ее настоятельницей Новолеушинского монастыря составляет 27 лет.

Теперь вернемся к нашей «настоятельнице».


Монахиня Евфросиния — в миру Ольга Александровна Олюшина, родилась 3 сентября 1967 года. Никакого духовного образования не имеет. Какое она имеет светское образование, мне установить не удалось. В свое время она мне говорила, что у нее будто бы юридическое образование. Но какое заведение она закончила и когда, — неизвестно. На сайте епархии никаких сведений о ней не содержится, что очень странно.
Прошлым летом она была назначена старшей сестрой нашего Леушинского сестричества, в котором я состояла в первой монашеской общине. На момент назначения она не была насельницей никакого монастыря, не проживала ни в одном монастыре, не имела опыта монашеской жизни. Ее монашеский стаж насчитывал всего один год — пострижена 27 марта 2015 г. епископом Мстиславом в Тихвинском Введенском монастыре, однако не была зачислена в число насельниц этого монастыря и проживала в собственном доме в д.Сосновке, о котором много рассказывала сестрам, в том числе и мне.
Поскольку Леушинское подворье до сих пор юридически и канонически остается приходским храмом с сестричеством при нем, можно сказать, что и по настоящий день монахиня Евфросиния так и не жила ни в одном женском монастыре, разве что в качестве паломницы в к-н. и пожила пару дней.
Вот и встает вопрос, за какие «тайные подвиги» она была назначена потенциально настоятельницей центрального по местоположению монастыря Санкт-Петербурга? И чему она сможет научить своих подопечных насельниц? По крайней мере, одну из них, прожившую на Леушинском подворье 18 лет, она уже научила, как надо жить в монастыре.

Игумения София (Силина): Всегда нужно начинать с молитвы

Интервью настоятельницы Воскресенского Новодевичьего монастыря в г. Санкт-Петербурге игумении Софии (Силиной).

— В обществе сложилось мнение, что молодые верующие люди зачастую уходят в монастырь, потому что у них что-то не сложилось в жизни. В Вашей обители довольно много юных сестер, причем немало и с высшим светским образованием. Почему стремится сюда молодежь? Что бы Вы хотели пожелать тем молодым людям, которые действительно желают принять монашество, и как, на Ваш взгляд, сочетаются ученость и подвиг монашеского послушания?

— Постараюсь последовательно ответить на поставленные Вами вопросы. Несомненно, именно в молодости человек делает свой жизненный выбор, в каком чине он будет служить Богу и Его святой Церкви. Именно молодости свойственен тот хороший, добрый максимализм, к которому призвал Спаситель мира богатого юношу, желавшего совершенства: «…пойди, продай имение твое и раздай нищим; и будешь иметь сокровище на небесах; и приходи и следуй за Мною» (Мф 19:21). Из житий святых, из древних патериков мы знаем, что святые отцы советовали брать свой крест монашеской жизни, впрочем, как и крест семейной жизни, в молодости. В то же время следует помнить, что не существует двух идеалов — идеала мирянина и идеала монаха. Об этом замечательно пишет священномученик Иларион (Троицкий) в своей небольшой, но глубокой работе «Единство идеала Христова». Сщмч. Иларион указывает, что святость и совершенство — это идеал любого христианина, поэтому каждый избирает тот путь (монашеский или семейный), который он считает для себя более удобным.

Тем же, кто имеет желание принять монашество, следует помнить, что одни стены монастыря не спасают. Цель жизни, как о том говорил прп. Серафим Саровский в беседе с Мотовиловым, — стяжание благодати Святого Духа. Не следует забывать первый огонь ревности о духовных дарах, довольствуясь внешним исполнением монашеских правил и уставов. Надо непрестанно ревновать о стяжании благодати и любви, памятуя слова ап. Павла: «и если я раздам все имение мое и отдам тело мое на сожжение, а любви не имею, — нет мне в том никакой пользы» (1Кор 13:3).

Относительно последнего вопроса, на мой взгляд, очевидно, что ученость и монашеское послушание – вовсе не антитезы. В монастырях традиционно насельники изучали Священное Писание, труды отцов Церкви, аскетическое святоотеческое наследие сложилось преимущественно в монастырях. Можно сказать, что послушание как монашеское делание необходимо для отсечения мирского мудрования, что является условием подлинных знаний, прежде всего богословских. Св. Симеон Новый Богослов говорит, что Дух Святой посылается «не славолюбцам, не риторам, не философам, не изучившим эллинские писания…, но нищим духом и жизнью, чистым сердцем и телом, имеющим простое слово и еще более простую жизнь» (Гимн 21). Послушание приводит человека к смирению, без которого невозможно приблизиться к познанию Истины.

— В свое время Новодевичий монастырь был сориентирован и на решение как миссионерских, так и благотворительных задач. Какое место занимает миссионерская и благотворительная деятельность сегодня? В чем ее современная специфика?

— Миссионерское и благотворительное служение монастырей — важная, но отнюдь не главная задача существования монастырей, в том числе и нашего. Нужно всерьез говорить о внутренней миссии, в т.ч. и среди насельников монастырей. В Патриарших докладах, в материалах комиссий по делам монастырей указывается на необходимость повышения богословских знаний насельников монастырей. Зачастую приходится говорить о знаниях на уровне церковноприходской школы. В этих условиях следует скорее опасаться миссионерского энтузиазма таких насельников или насельниц, чем одобрять и приветствовать его. Думаю, миссионерское служение выражается прежде всего в самом факте существования обителей среди секулярного мира. Я знаю примеры, когда люди нецерковные, просто «случайно» попав в святую обитель (на экскурсию, по служебным обязанностям или просто гуляли по городу), меняли свою жизнь, становились нашими прихожанами.

Благотворительная деятельность носит многоплановый характер. Это и богадельня для престарелых, и маленький приют для инвалидов, и попечение о семьях и традиционных семейных ценностях. В скором времени мы планируем организовать благотворительный диагностический онкологический центр. Исключительно важным полагаю строительство нового здания для общеобразовательной православной школы, т.к. в настоящее время уже действуют три класса начальной школы. В воскресной школе Закон Божий под руководством священников изучают и взрослые, и дети.

— Матушка София, какова специфика преподаваемого Вами предмета «Основы правового положения прихода»?

— Преподаваемый мной предмет не является сугубо правовым, хотя основной акцент делается на государственном законодательстве из различных отраслей права, так или иначе затрагивающих церковную жизнь. Необходимо объяснить будущим пастырям связь гражданских уставов с уставом об управлении Русской Церкви, рассказать о структуре управления Церкви, а также передать опыт решения некоторых практических задач в их связи с правовым полем.

— Чем, на Ваш взгляд, отличается церковный администратор от светского?

— Вероятно, поставленный вопрос требует некоторых уточнений. Если слова «светский администратор» понимать в контексте понимания такого устроения социальной жизни, когда преобладают секулярные ценности, то разница, конечно колоссальная. Хотя в целом само словосочетание «церковный администратор», как мне кажется, вообще не должно иметь места. Трудно назвать апостола Петра церковным администратором, а его призыв «послушанием истине чрез Духа, очистив души ваши к нелицемерному братолюбию, постоянно любить друг друга от чистого сердца» (1 Петр 1:22) назвать методом администрирования. Надо всегда помнить, находясь на любом церковном послушании (а не должности!), что Церковь — это Богочеловеческий организм, и спасение души каждого члена Церкви было и всегда будет главной целью. Для светского администратора зачастую важно решение каких-то внешних задач, достижение каких-то внешних целей, возможно, весьма похвальных, для которых человек становится лишь средством. Христианин, на какую бы высокую свещницу ни поставил его Господь, помнит слова Спасителя: «Какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит ?» (Мф 16:26) и «Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам» (Мф 6:33).

— Монастырь – это не только духовная обитель, но и сложный хозяйственный механизм, которым нелегко управлять. Что Вам в возрождении обители даётся труднее всего? Что бы Вы пожелали будущим священнослужителям, которые на приходах могут столкнуться с подобными трудностями, например, с восстановлением храма? С чего следует начать в первую очередь?

— Конечно, тринадцать лет восстановления обители практически из руин — это небольшой, но все же опыт, которым можно поделиться с будущими священнослужителями. И несмотря на то что Ваш вопрос предполагает с моей стороны какие-то советы из области ведения церковного хозяйства, все-таки скажу: всегда нужно начинать с молитвы и без молитвы не предпринимать никакого дела. Наш владыка митрополит говорит, что восстановление храмов и монастырей в нынешних непростых экономических условиях — это чудо Божие. И действительно, с изумлением смотришь, как, не имея какого-либо стабильного дохода, регулярного финансирования, из праха и небытия восстают наши святыни. Более того, невозможно проследить каких-либо экономических закономерностей. Благолепием сияют храмы в столицах и в глуши, не мы находим благодетелей, а они нас, в безвыходных ситуациях Господь посылает людей. И это все не благочестивый вымысел, а повседневная реальность нашей Церкви, в том числе и нашей обители.

Из практических советов, в т.ч. и из своего горького опыта, скажу, что не следует настоятелю заниматься самому всеми хозяйственными проблемами. Доброе дело восстановления должно объединять людей, воспитывать в них чувство ответственности за Дом Божий, призывать их к трудам. Мы знаем, как дорого место, где человек положил свои труды. Во многих житиях говорится, что святые своими потами устрояли обители. И необходимо, чтобы монашеская или приходская община знала о тех проблемах, которые приходится решать настоятелю. Иначе люди становятся равнодушными потребителями духовных благ, приходят в храм с тем, чтобы кто-то удовлетворил их религиозные нужды, и через это уходит соль жизни христианина — жертвенность. Восстановление храма и поддержание его должного состояния — прекрасное поле для воспитания наших прихожан.

— Матушка, Вы в прямом смысле этого слова являетесь защитницей Академии. Так, в 1993 году Вы лично отстаивали здание Духовной академии по адресу: наб. Обводного канала, д. 7. С какими трудностями Вам пришлось тогда столкнуться?

— О том замечательном времени у меня сохранились самые отрадные воспоминания. Церковь только получила некоторую свободу, повсюду возвращались храмы Божий, налаживалась приходская жизнь. И возвращение исторического здания Академии должно было стать важным этапом не только восстановления исторической справедливости, но и неким знаковым событием, потому что в стенах Петербургской академии жили, трудились и учились многие Светильники Церкви.

В то время я только была приглашена на работу в Академию и по благословению ректора прот. Василия Стойкова начала переговорный процесс с руководством техникума, занимавшего здание Академии. До последнего директор не хотел подписывать документы, направленные на передачу здания. Но по каким-то судьбам Божиим, поздним вечером, незадолго до Нового года он все-таки подписал соглашение, дававшее формальное основание для занятия нами хотя бы тех помещений, которые не использовались техникумом.

А дальше ситуация начала меняться не в нашу пользу. Министерство образования сменило директора, объединив несколько техникумов в один — и только с единственной целью сохранить за собой здание по Обводному каналу, 7. Необходимо было действовать решительно.

Заместитель директора техникума, исполнявшая его обязанности, дала согласие подписать акт приема — передачи зданий. В один из весенних дней учащие и учащиеся СПбДАиС во главе с прот. Василием Стойковым крестным ходом направились в историческое здание Академии. В вестибюле на глазах изумленных сотрудников техникума был отслужен молебен и подписан акт приема — передачи. Далее, как мне кажется, произошли очень важные события, которые можно считать духовной победой, а вовсе не поражением, хотя здание так и не было возвращено. Дело в том, что всяческие власти от рядового милиционера РУВД до городских и федеральных чиновников начали оказывать давление на руководство епархии и Академии. И если все предшествующие годы Церковь без государства не могла сделать и шага, то со стороны владыки митрополита и о. Василия отказать властям в их беззаконных требованиях было настоящим подвигом. Мне кажется, в известной степени мы все тогда почувствовали, что Церковь — это сила и у Нее есть голос, который могут и должны слышать государство и общество. Сам факт, что вопрос не был решен кулуарно в чиновничьих кабинетах по прихоти бывших уполномоченных по делам религии, а получил публичную огласку в СМИ и решался в судах, говорит о многом. В то время кто-то съездил к старцу архимандриту Иоанну (Крестьянкину) и рассказал ему о происходящих событиях. Батюшка перекрестился и радостно воскликнул: «Слава Богу, вспомнили, что наша Церковь воинствующая!».

Возвращение исторического здания Академии — это дело не только священноначалия, но и каждого из нас. Каким образом мы можем участвовать в этом святом деле? Прежде всего молитвой об увенчании успехом трудов нашего священноначалия, сердечным сопереживанием Святейшему Патриарху, владыке митрополиту и владыке ректору, неустанно заботящихся о возвращении академического здания.

Беседовали: Вадим Лозовский и Алексей Медведев

Игумения София (Силина)

Настоятельница Воскресенского Новодевичьего женского монастыря в Санкт-Петербурге.

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

«Православная газета»

Мы в контакте

Последние телепередачи

  • 25 октября 2019 г. «Мульткалендарь» (Екатеринбург)

Мульткалендарь. 25 октября

25 октября 2019 г. «Церковный календарь» (Санкт-Петербург)

25 октября. Преподобный Косма, епископ Маиумский, творец канонов

25 октября 2019 г. «Читаем Евангелие вместе с Церковью»

25 октября. Он же, взяв пять хлебов и две рыбы и воззрев на небо, благословил их, преломил и дал ученикам, чтобы раздать народу

25 октября 2019 г. «Этот день в истории» (Екатеринбург)

Этот день в истории. 25 октября

24 октября 2019 г. Конференции. Заседания. Доклады

Открытие и 1-е пленарное заседание II Международного съезда регентов и певчих РПЦ

Вопросы и ответы

Стоит ли жаловаться, если в храме очень сильно нагрубили?

— Мы знаем, что Церковь – это общество не праведников, но кающихся грешников. Нам надо об этом помнить. И я бы вспомнил слова апостола Павла о .

Что говорил о достоинстве человека митрополит Антоний Сурожский?

— В одной из своих бесед владыка цитирует одного из пустынников древности, который сказал: «Кто видел брата своего, тот видел Бога своего: икону, живую икону не .

Как не обидеть ближнего?

— Дело в том, что очень важно, чтобы мы владели как раз тем, о чем говорит владыка. Встреча с Богом – это всегда встреча с человеком. .

Чем сегодня актуально наследие митрополита Антония Сурожского?

— Говоря о владыке митрополите Антонии Сурожском, отметим: любимым духовным писателем его, кстати, был святитель Феофан Затворник. Мало бесед владыки Антония, где бы он не ссылался .

© 1999-2019 Екатеринбургский епархиальный Информационно-издательский центр

Все материалы интернет-портала Екатеринбургской епархии (тексты, фотографии, аудио, видео)
могут свободно распространяться любыми способами без каких-либо ограничений по объёму и срокам
при условии ссылки на источник («Православная газета», «Радио «Воскресение», «Телеканал «Союз»).
Никакого дополнительного согласования на перепечатку или иное воспроизведение не требуется.

Игуменья софия новодевичий монастырь

В день памяти святых мучениц Веры, Надежды, Любови и матери их Софии , небесной покровительницы директора Свято-Владимирской школы,настоятельницы Воскресенского Новодевичьего монастыря игумении Софии (Силиной), воспитанники школы с педагогами и родителями поспешили на Божественную Литургию в Казанский храм Новодевичьего монастыря.
Богослужение в этот день возглавил старший священник иерей Дионисий Харин в сослужении духовенства обители.

В сугубую ектению по случаю теизоменитства игумении Софии (Силиной) были добавлены особые прошения о настоятельнице обители.

За богослужением пел праздничный хор монастыря и Свято-Владимирский школьный хор, в храме молилась тезоименитая игумения София, и настоятельница Константино-Еленинского монастыря игумения Илариона (Феоктистова), а также сестры и многочисленные прихожане Воскресенской обители.

Во время пения «Буди имя Господне благословенно от ныне и до века» было совершено славление мученицам Вере, Надежде, Любови и матери их Софии, поклонение Животворящему Кресту Господню, прочитана молитва святым мученицам.

После отпуста ныне тезоименитой игумении Софии было провозглашено многолетие.

После богослужения матушку Софию с Днем Ангела поздравили певчие монастырского и народного хоров, представители пекарни, подопечные из приюта «Благодать», учащиеся Свято-Владимирской школы вместе с родителями и педагогами. Школьники наперебой поздравляли дорогую матушку, дарили ей подарки, сувениры, открытки с пожеланиями, выполненные своими руками. Дети заведомо готовились к этому дню, с большим вдохновением шили,плели,вязали,пекли.
Воспитанники школы и приюта также получили свои подарки из рук именинницы.

Воспитанники Свято-Владимирской школы, родители и педагоги 13 сентября приложились к деснице свт.Спиридона Тримифунтского, затем был отслужен молебен перед святыней. На молебне пел школьный хор.

Десница святителя Спиридона Тримифунтского в ночь на 12 сентября была принесена в Новодевичий монастырь. Ковчег со святыней встречало духовенство обители. Его сопровождают представители фонда равноапостольного князя Владимира, греческие священнослужители и миряне, представляющие фонд «Святая гора».

Святыня была пронесена крестным ходом в праздник перенесения мощей святого Александра Невского 12 сентября по Невскому проспекту. Участник молитвенного шествия клирик Троице-Измайловского собора протоиерей Константин Пархоменко рассказал, что в Санкт-Петербурге святителя Спиридона стали особо почитать в тяжелые годы войны.

«Его память отмечается 25 декабря, примечательно, что в этот день 1941 года увеличили паек хлеба, и многие люди были спасены от голодной смерти. Блокадники не раз называли его среди любимых святых. Огромную помощь в житейских вопросах он являл как при земной жизни, так и после ухода в вечность».

«Люди идут к мощам святителя, зная его чудодейственную помощь. Он один из самых любимых, почитаемых святых православным русским народом. Святой Спиридон имеет особую благодать помогать с жилищными вопросами, которые являются крайне насущными для многих людей. Прихожане нашего монастыря рассказывали об удивительных историях получения жилья», — рассказала настоятельница обители игумения София.

По благословению Святейшего Патриарха Кирилла с 24 августа по 15 октября десница святителя Спиридона Тримифунтского приносится в 12 регионов России: Краснодар, Екатеринбург, Красноярск, Кемерово, Московскую область, Тулу, Санкт-Петербург, Тверь, Саратов, Чебоксары, Ярославль и Москву.

Святитель Спиридон Тримифунтский родился в конце III века на Кипре. Он был пастухом, имел жену и детей. Все свои средства отдавал на нужды ближних и странников. За это Господь вознаградил его даром чудотворения и исцеления безнадежно больных. После смерти жены Спиридон был избран епископом города Тримифунта. В сане епископа он не изменил образа жизни, соединив простой крестьянский труд с пастырским служением и делами милосердия. Святитель с любовью заботился о пастве и прославился многими чудесами, которые совершаются по его молитвам и по сей день.

В Санкт-Петербурге четыре храма и часовня освящены в его честь. Самые известные — храм в здании Адмиралтейства и часовня на Васильевском острове.

Трудно ли быть игуменией? Что ответила игумения София (Силина)

Трудно быть игуменией? Какую ответственность несет настоятельница за судьбы сестер? В чем состоит крест игумении? Как переживает настоятельница за своих сестер? Об этом в одном из интервью рассказала настоятельница Новодевичьего Воскресенского монастыря игумения София (Силина).

— Матушка София, скажите, тяжело быть игуменией?

«Тяжесть игуменского креста можно понять, если внимательно почитать чин монашеского пострига рясофорного и в мантию. Новопостриженную вручают старице, в нашем монастыре, соответственно, игумении.

Игумения в этом случае является для всех старицей при постриге.

В чине пострига есть такие слова, адресованные к старице: «Чтобы ради нерадения твоего не погибла душа этой сестры новопостриженной».
Это большая ответственность – понимать, что от твоего слова или от твоего нерадения кто-то может погибнуть.

В каких-то особо тяжелых случаях осознаешь, и об это пишут святые отцы и подвижники современные, что игумения несет за сестер ответственность в той мере, в которой они оказывают послушание. Но, как это бывает и в обычной семье, мать не станет меньше страдать, если ее родные чада, не слушаясь, куда-то не туда идут или что-то не то делают, болеют физически или духовно, пока растут.

В монашеской жизни то же самое. Игумения все равно переживает, если ее чада не туда идут, если отправились «на сторону далече», как блудный сын из евангельской притчи.
Если брать даже такие крайние ситуации, когда кто-то уходит из монастыря, все равно переживаешь за этих людей: где они, что с ними, не погибли ли они физически или духовно?
Полностью интервью можно прочитать здесь: http://ruskline.ru/monitoring_smi/2010/01/29/chtoby_ne_pogibli_dushi_lyudskie

В свете этих слов авторитетной игумении Санкт-Петербургской епархии, хочется спросить монахиню Евфросинию Олюшину, помнит ли она эти слова из чина пострига: «Чтобы ради нерадения твоего не погибла душа этой сестры новопостриженной». Сознает ли она эту «большую ответственность – понимать, что от твоего слова или от твоего нерадения может погибнуть» душа сестры? Переживает ли она за сестер, которые даже не сами ушли из монастыря, а были ею же сознательно и жестоко изгнаны из обители по ее собственному рапорту? Болит ли ее сердце о том, «где они, что с ними, не погибли ли они физически или духовно?»
Все эти вопросы звучат в пустоту.
Уже столько людей взывали «к сердцу» монахини Евфросинии Олюшиной и в прозе, и даже в стихах, но в ответ не услышали ни одного слова ни сочувствия, ни сострадания.
Достаточно сказать, что монахиня Евфросиния ни разу не поинтересовалась состоянием инокини Аркадии, ни тогда, когда она была в больнице, ни теперь, когда она после больницы пришла на службу в праздник Усекновения в свой храм, чтобы причаститься. Я тоже была на этой службе и видела как монахиня Евфросиния даже бровью не повела, когда инокиня Аркадия смиренно подошла к ней после причастия и поклонилась ей в пояс. Со стороны старшей сестры не последовало никакого вопроса и никакого знака внимания.
Впрочем, для меня в этом нет ничего нового. Она точно также вела себя со мной, когда изгнала меня из сестричества и лишила всех послушаний, когда разогнала и других сестер нашего большого и дружного сестричества. В отличие от игумении Софии, она не «переживала», «где они, что с ними, не погибли ли они физически или духовно?» Все было гораздо проще без таких не нужных «переживаний».

ОСТРОВОК ВЕЧНОСТИ

Возобновлением Воскресенского Новодевичьего монастыря мы обязаны Государю Императору Николаю Павловичу. Игуменией была назначена монахиня Феофания (Шулепникова) из Горицкого монастыря Новгородской епархии, известная своим добродетелями: ревностью в богослужении, неутомимостью в трудах и послушании, кротостью нрава, опытностью в делах и умением обращаться с людьми. В ноябре 1849 года митрополитом Никанором в присутствии Царской семьи был заложен каменный собор Воскресения Христова с пятью приделами. В этом году мы отмечаем 150-летие возрожденного монастыря.

Молитвами, трудами и слезами налаживалась строгая монашеская жизнь. Августейший основатель имел твердое желание, чтобы деятельность монахинь не выходила за ограду монастырскую и чтобы все благотворительные учреждения находились в стенах монастырских. Этот завет обитель свято хранила. При монастыре действовали различные мастерские: живописная, рисовальная, чеканная, золотошвейная, башмачная, просфорная, поварня. Появились фермы, огороды, сады, пчельник. Радением монахинь все хозяйство содержалось в образцовом порядке. В 1866 году первая игумения монастыря почила и была похоронена у алтаря Воскресенского собора. Благодаря строго налаженному монашескому житию монастырь продолжал плодотворно развиваться. При обители был открыт детский приют, церковно-учительская и церковно-приходская школы безплатного обучения. Со временем здесь вознеслись шесть церквей. За городом были устроены скиты.

В 1908 году при игумении Антонии (Рейнбот) по проекту В.А.Косякова был заложен каменный храм во имя Казанской иконы Божией Матери. Эта величественная церковь в традициях византийского и древнерусского зодчества — единственная, что сохранила за годы «вавилонского» пленения свою неповторимую архитектуру. Теперь здесь возрождается монашеское служение. В трудные годы гонений обитель возглавляла игумения Феофания (Рентель). Монастырь был упразднен в 1925 году, но иноческая жизнь еще теплилась десять лет, до ареста игумении и последних сестер. Матушку Феофанию отправили в ссылку в Башкирию, ее дальнейшая судьба пока неизвестна.

В 1990 году началось постепенное возвращение монастырских святынь. Казанская церковь была открыта сначала как приходская. В 1996 началось возрождение монашеского подвига. К тому времени была обретена могила приснопамятной основательницы. В день ее тезоименитства был освящен крест на могиле подвижницы. Знаком сугубой Божией милости явилось появление в обители обновленного образа Казанской Божией Матери. Сестры восприняли это событие как подтверждение Божьего благоволения монастырю. Пред иконой с любовью и надеждой неустанно совершается молебное славословие.

Находится в Казанском храме часть мощей сщмч.Илариона (Троицкого), скончавшегося в больнице пересыльной тюрьмы. В последний путь его проводил свщч.митрополит Серафим (Чичагов), который с закрытием Лавры жил в Новодевичьем монастыре. Почти семьдесят лет покоились мощи святителя Илариона на петербургском Новодевичьем кладбище. Скромная могилка с любовью сохранялась верующими. 24 июля 1998 года мощи владыки были обретены и девять месяцев находились в Казанском соборе, служа утешением сестрам и пастве. 9 мая 1999 года по решению Священного Синода мощи святителя были перенесены в Сретенский монастырь Москвы. В тот день тысячи петербуржцев пришли попрощаться с дорогой святыней, помолиться владыке Илариону о покровительстве и помощи. Люди свидетельствовали, что получали исцеления душевных и телесных недугов по молитвам у мощей святителя. После расставания со святыней сестры и прихожане были утешены Царицей Небесной. Прихожане московского храма Христа Спасителя пожертвовали обители икону Божией Матери «Державная», в честь которой освящен придел в Казанском храме. По воскресным дням в монастыре совершается Акафист Державной иконе Божией Матери.

Постепенно налаживается монастырская жизнь. Усердно поминаются все благодетели и благотворители обители. Сестры поновляют и реставрируют иконы и храмовые росписи, шьют облачения. В богадельне при монастыре нашли приют болящие и престарелые. Недавно передан монастырю храм Происхождения Честных Древ Креста Господня в пос.Лисино-Корпус для создания монастырского подворья.

. Так оживает «островок вечности».

Настоятельница Новодевичьего монастыря игумения София с сестрами.

Адрес: 196084 СПб Московский пр., 100. Тел. 294-53-64.

СОФИЯ (ГРИНЕВА)

Схиигуменья София (Гринева)

София (Гринёва) (1873 — 1941), схиигумения, основательница Дугиненской обители в честь иконы Божией Матери «Отрада и Утешение» и настоятельница Киевского Покровского монастыря, исповедница (местн.)

Память 22 марта в день преставления (Киев.), 28 апреля в день обретения мощей (Киев., РПЦЗ, Греч. [1])

В миру Гринёва София Евгеньевна, родилась в 1873 году в Москве в дворянской семье. Вскоре семья переехала в Тулу, откуда, в связи с переводом отца на новое место работы, перебралась в Белёв Тульской губернии.

Из-за болезни рано умер отец, и мать осталась с тремя малолетними детьми: семилетняя Софья была старшей дочерью. Осиротевшие дети были помещены в Белёвском монастыре, где игуменьей была мать Евгения, бывшая гувернантка в семье Гринёвых, которая очень любила всю семью. Дети, живя в Белёве, часто бывали в монастырской церкви и в покоях настоятельницы.

В начале в 1880-х годов семья, лишенная кормильца, перебралась к родным в Тарусский уезд Калужской губернии. Детей разобрали родственники. С шестнадцати лет Соня проживала у тёти и бабушки по маминой линии на их имении в Калужской губернии, близ Оптиной пустыни. С юных лет посещая Оптину, она полюбила эту обитель. Мария Евгеньевна Попова, урожд. Гринёва, сестра святой Софии, вспоминала о случившемся в 1885 году:

Из Белёва семья Гринёвых переехала в Воронеж, где было их родовое имение. Брат поступил там в кадетский корпус, а Соню мать отвезла в Москву в Александро-Мариинский институт. Однако, свое среднее образование она окончила в Киеве, поступив в последний класс Фундуклеевской гимназии. После окончания гимназии София поступила в Киевскую консерваторию по классу пения.

Вступление на монашеский путь

Почти перед самым окончанием консерватории, когда Софье было 22 года, она заболела дифтерийной ангиной в очень сильной форме, после которой она совершенно лишилась голоса. Девять месяцев не могла говорить. Вернуть ей голос было невозможно, несмотря на все усилия самых знаменитых докторов. Врачи предполагали у неё туберкулез горла и советовали послать её в Швейцарию, в Давос. Приятельница Софьи — настоятельница близлежащей Свято-Троицкой обители, мать Анна (Знаменская), пригласила подругу отдохнуть перед дорогой и набраться сил. Вопреки ожиданиям, здоровье стало быстро ухудшаться, стали опасаться смертельного исхода. Настоятельница поспешила пригласить к тяжелобольной духовника обители, старенького священника. На глухой исповеди больная говорить не могла, лишь плакала на груди старца, который ободрял её и утешал. После причастия Софья, потрясённая и усталая, тихо заснула. К утру она проснулась и вдруг обратилась к дежурившей сестре с несколькими словами. Настоятельница с сёстрами, узнав о чуде, поспешили в келию к больной. Соня заговорила с ними и попросила позвать батюшку и отслужить благодарственный молебен. Здоровье стало быстро восстанавливаться. После этой милости Божией, явленной Софии, она навсегда оставила мирскую жизнь.

Вероято там же, в Свято-Троицкой обители, была пострижена в рясофор. Вскоре перешла в Николаевскую обитель, но и там не нашла желанного мира. Её полюбили сёстры, которым она в своей келии читала духовную литературу. За это её невзлюбила казначея. Тогда она, совместно с матерью Екатериной (Метцендорф), которая также ушла из Троицкой обители, стала искать, где бы они могли обосноваться самостоятельно.

Они выбрали Дугнинский завод, куда ссылали из Калужской и соседних губерний бывших арестантов, отбывших тюремное заключение. На одной из гористых возвышенностей стояла заброшенная церковь во имя Иоанна Милостивого. Окна были выбиты, крыша провалилась, царило полное запустение. Внутри церкви находился образ Божией Матери «Отрада и Утешение». Обе монахини были, главным образом, привлечены красотой заброшенного храма. Икона «Отрада и Утешение» стала покровительницей их обители.

Мать София приняла на себя крест настоятельства в новой обители. Молодая настоятельница жила твердой верой в Бога, в Его помощь и эту веру умела передать и сестрам. В короткий срок появились средства для полного ремонта церкви, постройки скромных монастырских зданий и детского приюта. Вскоре в обители собралось полторы сотни монахинь. При этом монастырь оставался бедным, здания — неосновательными.

Однажды она поехала в Петербург хлопотать по делу своей обители, а там в то время Киевский митрополит Флавиан (Городецкий), находившийся в Синоде, тщетно искал подходящую игуменью для Киевского Покровского монастыря. Таким образом в 1913 году мать София была назначена игуменией этой Киевской обители. Её постриг в монашество и возведение в сан игумении верятно произошли в Санкт-Петербургском Новодевичьем монастыре. Прежнее имя ей оставили оттого, что уже была спешно составлена бумага о её назначении, где она была названа Софией.

Со смертью основательницы Покровского монастыря ни одна из назначаемых на её место игумений не могла справиться с возложенной на неё задачей. Новая настоятельница со страхом приняла игуменство, но своей необычайной добротой, смирением и простотой она сумела приобрести сердца сестёр. В ней не было ни казенности типичной игумении, ни светскости, ни мирского духа. При этом она отличалась редкой изящностью, талантом и тонким вкусом. Сотрудничала в духовных журналах стихами и прозой, подписываясь «И. С.»

Весной 1919 года, с приходом к власти большевиков, монастырское имущество было национализировано. Под видом трудовой артели обитель смогла просуществовать ещё несколько лет. В феврале 1923 года игуменья София была отстранена обновленцами от управления обителью.

Преследования

В 1923 году приобрела себе дачу близ Киева, в Ирпене, там устроила церковь. Вместе с ней находились оставшиеся сёстры. Настоятелем потаённого храма был настоятель храма Покровского монастыря протоиерей Димитрий Иванов. Впоследствии, игуменья София с приближёнными 20-ю сёстрами, вслед за протоиереем Димитрием, присоединились к иосифлянскому движению.

В 1924 году игуменью Софию арестовали и задержали на 6 недель. Второй арест последовал в 1928 году и продолжался 7 недель. Матушку приговорили к высылке на восток, но из-за болезни не сослали. В 1928 году она выехала в Полтавский уезд, но в 1930 году возвратилась обратно в Ирпень.

В октябре 1931 года накануне праздника Покрова Пресвятой Богородицы игуменья София была арестована третий раз. Её допросили 3 июля 1932 года. В своих показаниях она отметила:

В конце июля 1932 году было составлено обвинительное заключение по делу игуменьи Софии, в котором говорилось:

3 октября 1932 года Особое Совещание при Коллегии ГПУ УССР, по неизвестным причинам, приняло иное решение. В выписке из протокола Особого Совещания говорилось: «Гринёву Софью Евгеньевну из-под стражи освободить, лишив права проживания в 12 п. п. сроком на три года, считая срок с 14/Х-31 г. Дело сдать в архив» [4].

Для слабого здоровья игуменьи Софии, подорванного почти годичным заключением, и эта высылка была тяжёлым испытанием. Игуменья уехала в Путивль. Уже 2 августа 1933 года она обратилась просьбой разрешить раньше положенного трёхлетнего срока возвратиться в Ирпень, а если это невозможно, то позволить проживать ей в Конотопе.

Есть сведения о том, что игумения была пострижена в схиму епископом Дамаскином, что могло произойти только во время его краткосрочного освобождения в 1934 году.

В 1937 году тайная монашеская община матери Софии была обнаружена. Монахинь арестовали и вывезли в оленеводческий совхоз, на Крайний Север, на один из островов в сторону Камчатки. Но игуменья София не была захвачена при этом разгроме, т.к. в то время она находилась в другом месте.

Последние дни жизни провела близ Покровского храма села Покров близ Серпухова в Московской области.

Схиигуменья София мирно скончалась 4 апреля 1941 года в 13:25.

Благодаря труду Е. Ю. Концевич, изданному в Америке в 1976 году, имя матушки стало известно миру.

В августе 1989 года была посмертно реабилитирована.

25 августа 2012 года решением Священного Синода Украинской Православной Церкви была причислена к лику местночтимых святых исповедников Киевской епархии

Литература

  • Концевич Е. Ю., Схиигуменья София, настоятельница Покровского монастыря в Киеве. 1873-1941, Форэствиль, Калифорния: Свято-Ильинское издание, 1976.
  • Нилус С., Полное собрание сочинений в пяти томах, Москва: «Сибирская Благозвонница, Город», 2009, т. 4 «На берегу Божьей реки. Записки православного,» ч. I, 1910.
Ссылка на основную публикацию