И вот решилась авдотья идти в монастырь

1.Укажите все цифры, на месте которых пишется НН.

И вот решилась Авдотья идти в монастырь. Продала свои сто душ и столько же оставле(1)ых ей мужем, шесть лет жила на послушании, пять лет как постриже(2)а в монахини, половину капитала отдала монастырю, остальное – родстве(3)икам покойного мужа.
2.Укажите все цифры, на месте которых пишется НН.
Цифры укажите в порядке возрастания.

Леруа лукавит, как всякий исти(1)ый француз, утверждая, что всё это лишь художестве(2)ое произведение, а многие характеры открове(3)о выдума(4)ы.
3.Укажите все цифры, на месте которых пишется НН?

В подготовке молодых шахматистов важно не время, которое было проведе(1)о непосредстве(2)о за игрой в шахматы, а сознательная тренировка, основа(3)ая на преодолении, требующая усилий.
4.Укажите все цифры, на месте которых пишется НН?

Некоторые картины художника Саврасова были небольшого размера; написа(1)ые им в течение одного-двух часов, они отмече(2)ы очарованием вдохнове(3)ых импровизаций.
5.Укажите все цифры, на месте которых пишется одна буква Н.

В эту тетрадь в синем кожа(1)ом переплёте были записа(2)ы не только поразившие Варю высказывания из прочита(3)ых книг, но и её первые стихи.
6.Укажите все цифры, на месте которых пишется НН?
Цифры укажите в порядке возрастания.

Разработа(1)ые китайскими лингвистами различные проекты перехода на буквенно-звуковое письмо так и не были реализова(2)ы: обществе(3)ость увидела угрозу разрыва с многовековой культурой, воплощё(4)ой в иероглифическом письме.
7.Укажите все цифры, на месте которых пишется НН?
Цифры укажите в порядке возрастания.

В силу своего неопределё(1)ого положения Арсений не мог заниматься только музыкой: ему приходилось выполнять ещё и хозяйстве(2)ые обяза(3)ости.
8.Укажите все цифры, на месте которых пишется НН.
Цифры укажите в порядке возрастания.

Здесь не было величестве(1)ых гор и скал, окружё(2)ых облаками; это был обычный русский простор: поля, луга, редкие деревни с соломе(3)ыми и деревя(4)ыми кровлями.
9.Укажите все цифры, на месте которых пишется одна буква Н.

На картине Айвазовского мы видим, как о песча(1)ый берег бьются волны, вдали на рейде стоят корабли с убра(2)ыми парусами, а на тёмном небосклоне мерцает серебря(3)ый диск луны.
10.Укажите цифру(-ы), на месте которой(-ых) пишется НН.

На озерце, глубоко запрята(1)ом в крутых берегах, лежала зелё(2)ая илистая тень, и в этой тени сверкали серебря(3)ыми огоньками ракиты, которые, словно алмазами, были усыпа(4)ы каплями росы.

егэ-2017.ppt — Презентация по русскому языку ЕГЭ Задание №14

ЕГЭ­2016
ЗАДАНИЕ №14
Эфендиев М.М.

Укажите все цифры, на
месте которых пишется
На переднем плане картины на фоне фигур
одна буква Н
платье с плетё(3)ой корзиной в руках.
ряже(1)ых с маза(2)ыми сажей лицами
ярко выде‐ ляется девушка в белоснежном
показать ответ
13/31
Эфендиев М.М.
вернуться
к выбору
вопроса

Укажите все цифры, на
месте которых пишется
В эту тетрадь в синем кожа(1)ом переплёте
были записа(2)ы не только поразившие
одна буква Н
Варю вы‐ сказывания из прочита(3)ых книг,
но и её первые стихи
показать ответ
12/21
Эфендиев М.М.
вернуться
к выбору
вопроса

Укажите все цифры, на
месте которых пишется
Петербурга в Москву» к народной музыке не только
оправда(1)о художестве(2)ыми особенностями, но и
подкрепле(3)о просветительскими выводами.
одна буква Н
Обращение А. Радищева в «Путешествии из
показать ответ
13/31
Эфендиев М.М.
вернуться
к выбору
вопроса

Укажите все цифры, на
месте которых пишется
одна буква Н
Славное место эта долина: со всех сторон горы
неприступные, красноватые скалы, которые
обвеша(1)ы зелёным плющом и увенча(2)ы купами
чинар, жёлтые обрывы, исчерче(3)ые промоинами,
высоко-высоко — золотая бахрома облаков, а внизу —
Арагва.
показать ответ
12/21
Эфендиев М.М.
вернуться
к выбору
вопроса

Укажите все цифры, на
месте которых пишется
Во время дождя мощё(1)ая гранё(2)ыми
одна буква Н
плитами мостовая мгнове(3)о
превращалась в беше(4)ый водя(5)ой
поток.
показать ответ
13/31
Эфендиев М.М.
вернуться
к выбору
вопроса

В каком варианте ответа правильно
указаны все цифры, на месте
которых пишется НН?
Елена появлялась в нашем дворе с сумками, в
которых лежали мои отглаже(1)ые, заштопа(2)ые
рубашки, штаны, носки и обязательный подарок
― оловя(3)ый солдатик или копеечная машинка.
показать ответ
123
Эфендиев М.М.
вернуться
к выбору
вопроса

Укажите все цифры, на
месте которых пишется
Может быть, коньки назва(1)ы коньками
именно потому, что в старину делали
одна буква Н
деревя(2)ые коньки, украше(3)ые
завитком в виде лошади(4)ой головы.
показать ответ
14/41
Эфендиев М.М.
вернуться
к выбору
вопроса

Укажите все цифры, на
месте которых пишется
Жизнь художника Айвазовского,
одна буква Н
великого труже(1)ика, была
поглоще(2)а творчеством, насыще(3)ым
импровизацией и фантазией.
показать ответ
12/21
Эфендиев М.М.
вернуться
к выбору
вопроса

Укажите все цифры, на
месте которых пишется
С одной стороны, талантливые крепостные графа
Шереметьева были призна(1)ыми артистами,
музыкантами, художниками, а с другой —
НН?
бесправными и несвободными людьми, живущими в
определё(2)ой личной стеснё(3)ости.
показать ответ
123
Эфендиев М.М.
вернуться
к выбору
вопроса

Укажите все цифры, на
месте которых пишется
жила на послушании, пять лет как постриже(2)а в
монахини, половину капитала отдала монастырю,
остальное – родстве(3)икам покойного мужа.
И вот решилась Авдотья идти в монастырь. Продала свои
сто душ и столько же оставле(1)ых ей мужем, шесть лет
НН
показать ответ
13/31
Эфендиев М.М.
вернуться
к выбору
вопроса

Укажите все цифры, на
месте которых пишется НН.
Не для того наш народ создал для нас и для наших потомков
богатый, свободный и сильный язык, поражающий своими
изощрё(1)ыми, гибкими, бесконечно разнообразными
формами; не для того нам оставле(2)о в дар это бесце(3)ое
сокровище нашей национальной культуры, чтобы мы, с
презрением забросив его, свели свою речь к нескольким
десяткам штампова(4)ых фраз.
показать ответ
134
Эфендиев М.М.
вернуться
к выбору
вопроса

Укажите все цифры, на
месте которых пишется
Здесь не было величестве(1)ых гор и скал, окружё(2)ых
облаками; это был обычный русский простор: поля, луга,
редкие деревни с соломе(3)ыми и деревя(4)ыми кровлями
НН
показать ответ
1234
Эфендиев М.М.
вернуться
к выбору
вопроса

Укажите все цифры, на
месте которых пишется
До наших дней в архивах сохранились
счета, предъявле(1)ые художнику за
доставле(2)ые ему масля(3)ые краски
НН
показать ответ
12
Эфендиев М.М.
вернуться
к выбору
вопроса

Укажите все цифры в порядке
возрастания, на месте которых
пишется НН
Человек остановился возле одноэтажного домика и
прочитал слова над дверью, которые по‐ казались ему
словами долгожда(1)ой телеграммы, написа(2)ой белыми
буквами на синей стеклянной табличке: «Почта,
телеграф, телефон». Однако в этот поздний час
маленькие полукруглые оконца почты были уже
заставле(3)ы карто(4)ыми щитками с категоричным
словом «Закрыто»
показать ответ
124
Эфендиев М.М.
вернуться
к выбору
вопроса

Укажите все цифры, на
месте которых пишется
На углу Гороховой — единстве(1)ый извозчик, старик,
в армяке, подпояса(2)ом обрывками вылинявшей
НН
вожжи, в рыжей овчи(3)ой шапке, из которой
султаном торчит кусок пакли; пузатая мохнатая
лошадёнка его запряже(4)а в низкие лубочные санки
показать ответ
123
Эфендиев М.М.
вернуться
к выбору
вопроса

Укажите все цифры, на
месте которых пишется
Прогулочные шлюпки с полотня(1)ым
тентом, нарядные, свежевыкраше(2)ые,
НН
были рядком пришвартова(3)ы к
ограждё(4)ому канатами причалу
показать ответ
24/42
Эфендиев М.М.
вернуться
к выбору
вопроса

Укажите все цифры, на
месте которых пишется
Церковь Василия Блаженного увенча(1)а
одна буква Н
огромной, радужного цвета главой,
чрезвычайно похожей на хрустальную
гранё(2)ую пробку стари(3)ого графина
показать ответ
12
Эфендиев М.М.
вернуться
к выбору
вопроса

Укажите все цифры, на
месте которых пишется
коллекционеру, а её бывший владелец, даже
не заходя в гости(3)ицу, отправился на вокзал
одна буква Н
Уценё(1)ая вещица была прода(2)а
показать ответ
23/32
Эфендиев М.М.
вернутся
к выбору
вопроса

Укажите все цифры, на
месте которых пишется
Впоследствии я разыскал в кладовке какие-то
необыкнове(1)ые рукописи, переплете(2)ые в
НН
тома и писа(3)ые по-латыни.
показать ответ
123
Эфендиев М.М.
вернуться
к выбору
вопроса

Укажите все цифры, на
месте которых пишется
Делавшие замаскирова(1)ый под
грабёж обыск забрали только то, что
находилось в столе, прочие бумаги
оставле(2)ы соверше(3)о нетронутыми
НН
показать ответ
13/31
Эфендиев М.М.
вернуться
к выбору
вопроса

И вот решилась авдотья идти в монастырь

Я не люблю читать предисловий, очень редко пишу их сам и всегда стараюсь, чтобы они были как можно короче; но на этот раз должен поневоле отступить от моего правила и начать эту книжку следующим предисловием, или, как говорилось в старину, кратким возглашением.

Хотя на заглавном листе этой книжки напечатано, что я только издатель, а сочинитель ее Богдан Ильич Бельский, но, может быть, вы примете это за шутку. Чтобы уверить вас в противном, мне должно рассказать, по какому случаю я сделался издателем этих записок.

Месяца три тому назад, возвратясь домой после обыкновенной моей утренней прогулки, я нашел на своем письменном столе огромный запечатанный пакет без надписи; по словам моего человека, его принес незнакомый слуга, весьма опрятно одетый, но какой-то грубиян, потому что на все расспросы моего Андрея: кто он таков и от кого прислан — отвечал только: «Велено отдать твоему барину». Наружная форма и толщина этого пакета ничего доброго не предвещали. «Ахти, — вскричал я, — верно, какая-нибудь переводная мелодрама или комедия, переделанная на русские нравы! Да неужели я должен публиковать в газетах, что это уже вовсе до меня не касается и что я не обязан, по долгу службы, читать почти каждый день драматические произведения семинаристов, гимназистов и даже глубокомысленных московских гегелистов, из которых некоторые весьма усердно занимаются театром!» Я распечатал пакет: письмо на мое имя и кругом исписанная тетрадь; однако ж не драматическое сочинение, а записки какого-то Богдана Ильича Бельского. Прочтем, что он ко мне пишет.

«Милостивый государь» (я не прибавляю мой, потому что вы старее меня чином)».

«Ого, — подумал я, — да это какой-то старовер! Он еще держится правила: чин чина да почитает. Посмотрим, чего он от меня хочет».

«Я вас давно уже знаю; мне случалось иногда встречаться с вами в разных обществах; вероятно, и вы также меня знаете, но только под настоящим моим именем. Хотя принятое мною в этих записках прозвание Белъского могло бы по всей справедливости принадлежать мне как единственному и прямому наследнику этого знаменитого исторического имени, но я решился остаться при моем, весьма обыкновенном, которое ни разу не упоминается в русских летописях, следовательно, весьма прилично человеку с умеренным состоянием и вовсе не чиновному, потому что у нас, — да, я думаю, и везде, — для поддержания знаменитого имени необходимы или богатство, или чины. Ну, рассудите сами, какую жалкую роль играет человек с громким историческим именем, если он сам по себе ровно ничего не значит? Представьте, как смешно, или, лучше сказать, грустно, было бы видеть отставным коллежским регистратором Скопина-Шуйского или становым приставом какого-нибудь князя Пожарского! Но я, может быть, надоел вам моею болтовнёю, а мне нужно поговорить с вами об одном весьма важном для меня предмете. Вот в чем дело: я давно уже веду записки, — не о домашней моей жизни: в ней не было ничего особенно замечательного, — но о всем том, что касается до Москвы и ее жителей относительно к их частному, политическому и историческому быту. Я изучал Москву с лишком тридцать лет и могу сказать решительно, что она не город, не столица, а целый мир — разумеется, русский. В ней сосредоточивается вся внутренняя торговля России; в ней процветает наша ремесленная промышленность. Как тысячи солнечных лучей соединяются в одну точку, проходя сквозь зажигательное стекло, так точно в Москве сливаются в один национальный облик все отдельные черты нашей русской народной физиономии. Европейское просвещение Петербурга; не вовсе чуждое тщеславия хлебосольство наших великороссийских дворян; простодушное гостеприимство добрых сибиряков; ловкость и досужество удалых ярославцев, костромитян и володимирцев; способность к письменным делам и необычайное уменье скрывать под простою и тяжелою наружностью ум самый сметливый и хитрый — наших, некогда воинственных, малороссиян; неуклюжество и тупость белорусцев; страсть к псовой охоте степных помещиков; щегольство богатых купцов отличными рысаками; безусловное обожание всего чужеземного наших русских европейцев и в то же время готовность их умереть за славу и честь своей родины; безотчетная ненависть ко всему заморскому наших запоздалых староверов, которые, несмотря на это, не могут прожить без немецкой мадамы или французского мусью; ученость и невежество, безвкусие и утонченная роскошь; одним словом, вы найдете в Москве сокращенье всех элементов, составляющих житейский и гражданский быт России, этого огромного колосса, которому Петербург служит головою, а Москва сердцем. Москва — богатый, неисчерпаемый рудник для каждого наблюдателя отечественных нравов. Может быть, во мне недостало уменья разработать как следует этот богатый рудник; впрочем, и то хорошо, если мне удалось открыть его и указать человеку более меня искусному, где должен он искать не одной руды, вовсе не походящей на металл, который в ней скрывается, но чистых самородков, не всегда золотых — это правда; но ведь золото везде редко, а томпак, семилёр и всякая другая блестящая композиция, которую иногда стараются выдавать нам за пробное червонное золото, право, не стоят нашего простого железа… Да об этом после; дело состоит в том, что я решился напечатать мои записки.

Я человек не очень богатый, так прежде всего должен был подумать о том, во что мне обойдется издание этой книги, а для этого мне нужно было посоветоваться с человеком знающим и опытным. Вы, вероятно, слыхали о книгопродавце Иване Тихоновиче Корешкове; мы с ним люди знакомые, — я даже прошлого года крестил у него сына.

Чего ж лучше, подумал я, мой куманек тридцать лет занимается книжною торговлею, так уж, верно, сочтет мне по пальцам, что будут стоить бумага, печать, обертка, одним словом, всё; а может статься, и манускрипт у меня купит: это было бы всего лучше.

Лишь только я хотел послать за Иваном Тихоновичем, а он ко мне и в двери.

— А, любезный куманек! — вскричал я. — Милости просим! Очень кстати! Ведь у меня есть до тебя дельце.

— Рады служить, Богдан Ильич! Что прикажете? — сказал Корешков с низким поклоном.

— Садись-ка, любезный. Вот изволишь видеть: ты знаешь мои записки?

— Как же, батюшка, вы мне еще прошлого года читали из них разные этакие штучки, — очень интересно!

— Я хочу их напечатать.

— Ну что ж, сударь, с богом!

— Да вот что: я человек непривычный, до смерти боюсь всяких хлопот. Знаешь ли что, любезный? Купи у меня манускрипт в вечное и потомственное владение: я дешево продам.

— Нет, Богдан Ильич, — извините! Мы этим не занимаемся. Дело другое — на комиссию…

— Впрочем, — продолжал я с видом совершенного равнодушия, — для меня все равно: книга моя не залежится. Уже одно название этих записок разлакомит покупщиков:

«Москва и москвичи»!

— Да-с, названье бенефисное.

— А как ты думаешь, куманек: дорого мне будет стоить напечатать эту книгу?

— Да если всю, так не дешево-с.

— Как всю? Да разве можно будет печатать ее по частям?

— А почему же нет, Богдан Ильич? Ведь если я не ошибаюсь, так книга ваша, так сказать, отрывочная; то есть не то чтоб какой-нибудь романчик или история, а вот вроде тех, которые выдаются теперь в Петербурге: «Сто писателей», «Сказка за сказкою» и прочие другие. Вы не извольте только выставлять на заглавном листе: «Часть первая», а «Выход или выпуск первый».

— Да разве это не все равно?

— Помилуйте! Уж кто написал «Часть первая», так как будто бы обещает вторую часть непременно; а «Выпуск» что значит?… Будет, дескать, время, так выпущу другую; а нет, так не прогневайтесь.

— А что ты думаешь? Ведь это правда.

— Как же, батюшка. Одну книжку напечатать не фигура, и можно дешевле пустить, так авось и поразберут; а там, если она понравится да пойдет, так и выпускайте себе вторую, третью — сколько душе вашей угодно.

Порт­рет стра(1)ого че­ло­ве­ка, на­пи­са(2)ый ху­дож­ни­ком, об­ла­дав­шим не­дю­жи(3) ым та­лан­том, был ча­стью прида(4)ого ю(5)ой хо­зяй­ки дома.

39. Ука­жи­те все цифры, на месте ко­то­рых пи­шет­ся НН.

Цифры ука­жи­те в по­ряд­ке воз­рас­та­ния.

В твор­че­стве Саль­ва­дор Дали был не­уто­ми­мым ис­ка­те­лем, не­на­ви­дев­шим обыде(1)ость и со­зда­вав­шим об­новлё(2)ые об­ра­зы и не­ожи­да(3)ые ком­по­зи­ции.

40. Ука­жи­те все цифры, на месте ко­то­рых пи­шет­ся НН.

На ав­то­порт­ре­те ху­дож­ник изоб­ражён в изыс­ка(1)ом плаще, лицо спо­кой­но и увере(2)о, усы и бо­род­ка тща­тель­но причёса(3)ы.

41. Ука­жи­те все цифры, на месте ко­то­рых пи­шет­ся НН.

Тема жен­стве(1)ости в фи­ло­соф­ском вос­при­я­тии Рос­сии до­ста­точ­но тра­ди­цио(2)а; она вы­ра­зи­лась в ра­бо­тах сла­вя­но­фи­лов, была раз­ви­та в кон­цеп­ци­ях фи­ло­со­фов Се­реб­ря(3)ого века: В. Со­ловьёва, В. Ро­за­но­ва, Н. Бер­дя­е­ва.

42. Ука­жи­те все цифры, на месте ко­то­рых пи­шет­ся НН.

Цифры ука­жи­те в по­ряд­ке воз­рас­та­ния.

Автор «Слова о полку Иго­ре­ве» всем серд­цем пе­ре­жи­вал со­бы­тия, по­ло­же(1)ые в ос­но­ву по­вест­во­ва­ния; он со­здал об­ра­зы огром­ной эмо­ци­о­наль­ной силы, ис­поль­зо­вав раз­но­об­раз­ные ху­до­же­стве(2)ые приёмы, на­при­мер внут­ре(3)ий мо­но­лог.

43. Ука­жи­те все цифры, на месте ко­то­рых пи­шет­ся НН.

Цифры ука­жи­те в по­ряд­ке воз­рас­та­ния.

Пут­ни­ки, за­дум­чи­вые и вос­тор­же(1)ые од­но­вре­ме(2)о, очу­ти­лись как бы в ват­ном об­ла­ке, солн­це пре­вра­ти­лось в ма­лень­кий оловя(3)ый круг, по ко­то­ро­му плыли бе­ле­сые кло­чья, пока со­вер­ше(4)о не за­кры­ли его.

44. Ука­жи­те все цифры, на месте ко­то­рых пи­шет­ся НН.

Цифры ука­жи­те в по­ряд­ке воз­рас­та­ния.

По­че­му конь­ки, сдела(1)ые из лю­бо­го ма­те­ри­а­ла, сколь­зят толь­ко по ледя(2)ой по­верх­но­сти и со­вер­ше(3)о не сколь­зят по глад­ко­му каме(4)ому полу?

45. Ука­жи­те все цифры, на месте ко­то­рых пи­шет­ся НН.

И вот ре­ши­лась Ав­до­тья идти в мо­на­стырь. Про­да­ла свои сто душ и столь­ко же остав­ле(1)ых ей мужем, шесть лет жила на по­слу­ша­нии, пять лет как по­стри­же(2)а в мо­на­хи­ни, по­ло­ви­ну ка­пи­та­ла от­да­ла мо­на­сты­рю, осталь­ное – род­стве(3)икам по­кой­но­го мужа.

46. Ука­жи­те все цифры, на месте ко­то­рых пи­шет­ся НН?

Цифры ука­жи­те в по­ряд­ке воз­рас­та­ния.

После за­вер­ше­ния аук­цио(1)ой про­да­жи на рынке це(2)ых бумаг при­ва­ти­зи­ро­ва(3)ых пред­при­я­тий было от­ме­че(4)о зна­чи­тель­ное рас­ши­ре­ние спро­са на акции пред­при­я­тий го­сти­нич­но­го биз­не­са и тор­гов­ли.

47. Ука­жи­те все цифры, на месте ко­то­рых пи­шет­ся НН.

Цифры ука­жи­те в по­ряд­ке воз­рас­та­ния.

Лёвушка по­ка­зал князю дом Гу­ста­ва Би­ро­на, брата гер­цо­га, поч­то­вый двор, на­бе­реж­ную, укреплё(1)ую де­ре­вя(2)ым па­ра­пе­том, и ма­лень­кое двух­этаж­ное каме(3)ое зда­ние под накло(4)ою, гол­ланд­ско­го об­раз­ца, кры­шею — Зим­ний дво­рец.

48. Ука­жи­те все цифры, на месте ко­то­рых пи­шет­ся НН.

Фасад и бо­ко­вые стены в до­ми­ке Са­ве­лия были вы­кра­ше(1)ы свет­ло­го­лу­бою масля(2)ою крас­кой, с раз­но­цвет­ны­ми звёздоч­ка­ми, при­би­ты­ми над каж­дым из трёх его окон; окна эти об­рам­ля­лись ещё ярко рас­кра­ше(3)ыми на­лич­ни­ка­ми и зелёными став­ня­ми, ко­то­рые ни­ко­гда не за­кры­ва­лись: отец про­то­поп любил свет, любил звез­ду, за­гля­ды­вав­шую ночью с неба в его ком­на­ту, любил лун­ный луч, по­ло­сой гла­зе­та ло­жив­ший­ся на его раз­де­ла(4)ый под пар­кет пол.

49. Ука­жи­те все цифры, на месте ко­то­рых пи­шет­ся НН.

Как я уходила в монастырь.

(Продолжение. Начало в номере за 23.10.02.) Женский монастырь — это почти пионерский лагерь — Всем быстро спать, и чтобы никаких разговоров! — командует матушка. Первая моя ночь в монастыре. Как тигр, рычит старый пожертвованный холодильник. Поскрипывают половицы, журчит вода в умывальнике. Длинные белые рубахи готовящихся ко сну монахинь порхают во тьме коридора, как призраки. Это редкие минуты, когда божьих невест можно увидеть без платка. Дверь в келью матушки уже затворилась. Отбой здесь, как в армии, «пока горит спичка». Но девчонки есть девчонки. — Пойдем, я тебе Любашу блаженную покажу, — зазывает меня в келью Ася и начинает перерывать тумбочку в поисках заветной фотографии. Без платка она смешная — с двумя тонкими косицами, скрученными в рыжие баранки красными ленточками. За мной в келью проскальзывают еще несколько девочек. Грех, конечно, ослушаться приказа матушки спать, но гостья в сестринской — невиданное чудо. Все, перешептываясь, устраиваются на кровати, стуле и паласе вокруг меня. — Любаша — святая, а ведет себя как ребенок. Когда к нам приходила, все на солнышко через стеклышко смотрела и улыбалась. На самом деле она вовсе не сумасшедшая, просто ей Бог послушание такое дал: в образе блаженной по миру ходить. — Ася бережно достает снимок сгорбленно сидящей на ступеньках женщины с очень добрым и молодым лицом. — Глаза у нее огромные, синие. Сын, квартира есть. А она все оставила и ходит по миру в рубище. А за то ей Господь благодать дает. Будущее она наперед знает, и, когда молитву творит, все плачут. Потому как нет сил удержаться, ведь ее молитва от самого сердца идет. — А она лично вам что-нибудь предсказывала? — недоверчиво интересуюсь я. Девчонки тушуются. Здесь не принято искать подтверждений божественным истинам. Сказано в святых книгах, что старцы и блаженные — провидцы, значит, так и есть. — Они никогда не говорят прямо, — объясняют мне девочки. — Они предсказывают, но никогда не поймешь, что именно. Например, однажды старец передал нашей игуменье посылочку со словами: «Это для матушки Серафимы приданое». Матушка как услышала, так помирать приготовилась. Ведь она — божья невеста, а приданое дают к свадьбе. И только потом предсказание удалось правильно расшифровать: матушкина внучка замуж собралась, вот какую свадьбу старец предсказывал-то! Девчонки смотрят на меня торжествующе. А я думаю, что эдак и я могу предсказательницей быть. Ведь любые туманные рассуждения можно так или иначе к будущим реальным событиям привязать. Думаю так, но молчу. Девочки такие тоненькие, такие хрупкие, и так они счастливы своей верой! Провоцировать их на сомнения так же жестоко, как доводить до слез детей, убеждая их, что Деда Мороза нет. Поверить не поверят, но больно будет. В ту ночь мы сидели еще долго. Хохотали над Асиными воспоминаниями, как, будучи паломницей в каком-то мужском монастыре, она случайно ввалилась к монахам в баню. И шепотом рассказывали «страшилки» про бесноватых и адские муки. С виду все это очень напоминало мне ночные девчачьи посиделки в пионерском лагере. Но это пока я не вспоминала, что все они девственницы, в 20 с лишним лет похоронившие себя заживо (ведь обряд принятия монашества означает именно похороны). Чревоугодников жабами кормят Мясо в монастыре вообще запрещено. Как-то в праздник матушка сжалилась над девочками и позволила тем, кто еще не принял постриг, полакомиться отбивными. Так весь монастырь сутки болел. Девочки восприняли это как знак свыше и с тех пор мяса — ни-ни. Когда нет поста, монахини едят творог и рыбу. Но так как пост почти постоянно, основная еда в обители — жидкая каша. Сотворив короткую молитву (обязательный ритуал до и после еды), садимся за стол. Пока все едят, одна из монахинь вслух читает «Записки православного», в которых какой-то очевидец рассказывает о творящихся в святых местах чудесах. Передо мной тарелка горячей овсяной слизи. Девчонки бодро уминают свои порции, аппетитно сдабривая их сахаром. Я изо всех сил стараюсь смириться с тем, что каша может быть такой жидкой. В конце концов это полезно! Зажмурившись, отправляю в рот ложку, и в этот самый момент. — . окунули бесноватую в те священные воды, и вышли из ее рта бесы в виде 210 склизких жаб, — торжественно провозглашает чтица. Приятного аппетита! Быстренько заедаю «земноводных» свеженькой хрустящей морковкой. — Матушка, завтра, что ли, пост-то кончается? — Монахиня сирота Галя смотрит на игуменью с надеждой. — Творожники испечем. — Нет, завтра хоть и праздник, а среда, — строго обрывает Галю настоятельница. Все среды и пятницы в монастыре — постные дни. В память о том, что в среду Иуда предал Иисуса, а в пятницу Христа распяли. Галя заметно тускнеет. «Слава Богу, не одна я тут такая», — проносится у меня в голове . — Не гневи Бога, сестрица! — как всегда к месту вступает главная рассказчица Ася. — Не забывай, что на том свете чревоугодников живыми крысами и змеями кормят! «Богу нужна не капуста, а послушание» Объясняя, что такое послушание, мне рассказали историю. Один молодой монах пришел учиться благонравию к святому старцу. Однажды наставник повелел мальчику высадить в землю рассаду капусты. Показывая, что именно нужно делать, старец взял из корзины кустик и зарыл его листьями в землю, а корнями наружу. Монах решил, что старец выжил из ума, и посадил все правильно — корешками в землю. На следующий день вся рассада повяла, кроме кустика, посаженного старцем. «Богу нужна не капуста, а послушание», — объяснил мальчику чудо святой человек. Послушания в монастыре раздает игуменья. Без ее благословения девочки, пожалуй, только в туалет ходят. Все остальное: что есть, куда идти, с кем разговаривать — решает матушка. Исполнять приказы надо, какими бы они ни казались нелепыми. Ведь Авраам подчинился Богу, когда тот приказал ему принести в жертву сына, а потом это оказалось элементарной проверкой. Вот и монахини каждую минуту ходят под страхом такой божественной «проверки», как мы под налоговой. Поэтому и не услышишь здесь никогда недовольства погодой или самочувствием. Моим первым послушанием стало наколоть лучину для растопки печи. В помощь дали рыжую Аську, ох и хохотала она, пока я изо всех сил колотила по полену. — Грешно зубоскалить! — осадила матушка послушницу. — Да я не обижаюсь! Мы с поленом действительно смешной дуэт, — попыталась я вступиться за девочку. — Дело не в тебе, — пояснила игуменья, — просто не пристало это монахине. Ты где-нибудь видела, чтобы святые на иконах смеялись? Вот и нам не полагается. И, чтобы не искушала я смешливую сестрицу, откомандировали меня на огород копать картошку с блаженной (умственно отсталой) сестрицей Катей. Здесь я уж постаралась не нарушать устава. Катерина молча подкапывала куст, я так же молча вытягивала за ботву глыбу шоколадно-черной земли, полной одинаково розовых червей и картофелин. Картошку — в ведра, ботву — в кучу, яму — зарыть. Наверное, благочестивая Катька, как и положено, твердила про себя молитву. Я тоже старалась, но у меня это не очень хорошо получалось. Любая молитва начиналась у меня со слов: «Господи, если ты, конечно, есть. », далее, как в анекдоте, следовал список того, чего я хотела бы попросить. Следующее послушание — перебрать картошку. Здесь повеселее. Работают сразу несколько девушек, ведем богоугодную беседу. — Вот одной монахине было послушание, — рассказывают девушки. — Господь повелел ей всю жизнь ходить не поднимая глаз. Так она и ходила. И когда перед смертью у нее спросили, нравились ли ей когда-нибудь мужчины, она ответила: «Да я их и не видела». Господь все для нашего спасения делает, даже если мы не понимаем. Этой женщине бесы, видно, какое-то искушение готовили, которое она должна была именно увидеть. А господь ее спас. В монастырь уходят от неверующих родителей. Спрашивать о прошлом у монахинь не принято. Здесь никого не интересует, кем та или иная сестрица была в миру. Ведь все они «умерли». Но я все же постаралась выяснить об их судьбах как можно больше и в результате разделила сестринство на несколько групп. Первая группа — старушки. Это обычные женщины, которые пришли в монастырь, так сказать замаливать грехи. Все они в обители уже лет по 10 — 15. Расхожее мнение, что «такие приходят в монастырь, чтобы ничего не делать и жить на халяву», крайне ошибочно. Вы бы видели, как эти 78-летние бабки, еле держась на ногах, копают огород! Монахини и помирают-то либо за молитвой, либо за какой-то работой. Вторая группа — вынужденные монахини. К таким относятся 19-летняя умственно отсталая Катя и 20-летняя интернатовская сирота Даша. Два года назад их привезли в монастырь добрые люди. — Они ведь пока чистые девочки. А в миру надругаются над ними, споят. Взяла, чтобы не погибли, — говорит настоятельница. Из той же подгруппы 22-летняя Ася — дочка сельских алкоголиков. В монастырь ушла, еще 18 не было. Такие подростки часто приходят в церковь. Ведь всем хочется быть кому-то нужными, а от пьяных родителей внимания не дождешься. Матушка Серафима заменила ей настоящую мать. И с тех пор привязалась девчонка к игуменье, как собака. Ревнует ее ко всем. Чуть матушка кому больше внимания уделит, Ася пунцовыми пятнами покрывается и часами в келье ревет. — Слишком она для монахини простая, — вздыхает игуменья. — Но какая у нее жизнь в миру может быть? Сопьется, сгуляется, как и ее родительница. Да и сама она ни за что не уйдет. Грозится: «Матушка, прогонишь — повешусь в сарае». Однажды вены себе порезала, чтобы меня напугать. Она ж, как дите, со всей непосредственностью верит и с той же непосредственностью грешит. И третья подгруппа — прирожденные монахини. Например 20-летняя деревенская Аллочка в монастыре два года. Но ее еще в миру «монашечкой» звали. Ни слова поперек, ни соринки недовольства. Все слава Богу. И в этом ее сила — невозможно сломать нитку. В монастырь Аллу благословила очень верующая мама. А вот 23-летней Лизоньке приходится скрываться от не одобряющих ее выбора родителей. Когда Лиза изъявила желание поступать в духовное училище, семейство ахнуло. Особенно кипятился старший брат: «Ты еще в монастырь уйди!» В тот же год с крестным ходом Лиза пришла в монастырь и поняла, что нашла свою судьбу. А родителям пока пишет письма якобы из общежития. Однажды она признается родителям, что «умерла» для этого света. А адрес будет скрывать до последнего, чтобы не пытались забрать, не искушали. . счастливой любви У сестры Анны до пояса рыжая коса и немыслимой синевы глаза. Ей идет даже монашеское одеяние. Высокая, стройная. Если бы не кротость — подиумная модель. Анне 23 года. Из них два — в монастыре. На губах вечная полуулыбка. А во взгляде покой, как в лесном озере. И голос. Высокий, чистый — Анна поет на клиросе. Она почти всегда молчит, а когда говорит, кажется, будто продолжает петь. В миру Анечка оставила 3-комнатную квартиру, высшее педагогическое образование и пылко влюбленного юношу. Еще учась в институте, она ходила петь в хор Сыктывкарского храма. Там-то и повстречала ее матушка Серафима. Игуменьи чуют прирожденных монахинь издалека, поэтому она ничуть не удивилась, когда «длиннокосый ангел» дал обет прийти в монастырь, как только закончит учиться. Преграда была только одна — обожающий Аннушку молодой человек. Он ходил за ней повсюду, провожал домой из церкви, мечтал о свадьбе и смотрел такими глазами, что матушка почувствовала соперника. — Девочка — моя. Не трожь! — однажды приструнила игуменья юношу. — Она уже все решила, и ты только мучаешь ее. Если любишь — оставь. После этого объяснения мальчик исчез на несколько месяцев, а Анна отреклась от мира. Верующая мама, конечно, расстроилась, что не понянчит внуков, но не стала мешать дочери. А вскоре вновь появился тот самый мальчик: — Я пытался забыть ее, но не могу. Слишком люблю. — Поздно, — вздохнула мама. С тех пор юноша пытается узнать хоть что-то о судьбе любимой. Допытывается у Аниной мамы, где ее найти, грозится, что увезет. Но матушка Серафима запретила давать адрес и попросила родительницу не писать о мальчике Анне. — Я не того боюсь, что увезет, — объяснила мне игуменья. — Анна сама не уйдет. Но жестоко тревожить монахиню и бередить в ее сердце мирские чувства. РЕЛИГИЯ И ВЕЛИКИЕ Царь Алексей Михайлович, отец Петра I, был очень набожен: знал все молитвы и чины церковного богослужения, в церкви стоял по 5 — 6 часов подряд, клал по полторы тысячи земных поклонов. В Великий пост по воскресеньям, вторникам, четвергам и субботам ел раз в день — капусту, грузди, все без масла, а по понедельникам, средам и пятницам не ел и не пил ничего. Но это не мешало ему таскать Патриарха за бороду и называть его сукиным сыном. Екатерина II, перейдя в православие, всячески подчеркивала свою религиозность: очень много времени проводила в церкви, истово молилась. Став императрицей, храмы посещала лишь по большим праздникам и во время долгой службы тайком раскладывала пасьянс. Наполеон был атеистом, но суеверным до крайности. Страшно суеверна была и ревностная католичка Эдит Пиаф , возносившая молитву Иисусу и святой Терезе, а в свободные вечера она посещала спиритические сеансы и вызывала духов. Атеист Карл Маркс в юности был очень религиозен; истово верующим был Илья Ульянов и воспитывал детей в вере; Владимир Ульянов до 16 лет верил в Бога. Был очень религиозным ребенком Альберт Эйнштейн ; подростком он начал читать научно-популярные книги и в 12 лет сделал вывод, что наука и религия несовместимы. Чарлз Дарвин , пришедший к заключению, что человек произошел от обезьяны, был глубоко верующим человеком. Ньютон с помощью физики и математики доказывал божественное происхождение Солнечной системы. Лев Толстой , которого атеисты упрекали за богоискательство, а от официальной церкви он был отлучен за ересь, не ездил на похороны даже близких друзей и, более того, никак не выражал сочувствия, говоря, что мертвое тело для него ничего не значит и он не считает нужным возиться с ним, причем употреблял при этом непечатные выражения. Знаменитая певица Мадонна в школьные годы была очень религиозна и мечтала уйти в монастырь! (Продолжение следует.)

Понравился материал?

Подпишитесь на еженедельную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

«Авдотья Рязаночка»
классный час по истории по теме

Презентация к классному часу «Авдотья Рязаночка»

Вложение Размер
avdotya_ryazanochka.ppt 2.42 МБ

Предварительный просмотр:

Подписи к слайдам:

Историки могут сказать, что нет доказательств героического похода Авдотьи Рязаночки и образ ее, несомненно, вымышленный. Ну и пусть. Зато уже более 700 лет она живет в рассказах, песнях и старых русских сказаниях людей, которые так же дорожат родной землей. В исторической песне герои могли быть вымышленными, но события были конкретными , историческими, а не условными, как в былине.

О бедственных временах татарщины правдиво рассказано в древних наших летописях.. Во времена татарщины русские матери и жёны не то что плакали, а в слезах плавали. Плачет и «рязанская баба» Авдотья, увидев вместо города пепелище. Однако плачет недолго. Она идёт в дальний поход, в Орду, чтобы вызволить взятых в плен мужа, сына и брата. Простая русская женщина, Авдотья, которая всю жизнь пряла, ткала, мыла и стирала, когда пришёл грозный час, показала великую силу души. Вот стоит она перед страшным царём татарским — маленькая, в лапотках, — а кругом Орда, мечи, копья. На устах её не страх, а грозное слово: «Я пришла с тобою, царь, судиться!» И царь татарский, поражённый мужеством Авдотьи, которая шла в Орду целый год одна-одинёшенька по страшной дороге, терпела голод и холод, отпускает с ней на Русь не только родных, но и весь рязанский полон.

Древние песни об Авдотьи Рязаночки были откликом на нашествие полчищ Батыя и на разорение Рязани в 1237 году. Но народные рассказы и сказания несколько отличались друг от друга. Однако все народные версии объединяет героический поступок, совершенный храброй, отважной и мудрой женщиной – Авдотьей Рязаночкой.

ОДНА ИЗ ВЕРСИЙ НАРОДНЫХ СКАЗАНИЙ ПРО АВДОТЬЮ. Авдотья была женщиной из обыкновенной рязанской семьи. Ее муж и брат не входили в дружину, а занимались ремеслами. У нее был маленький сын. Жили, как и большинство, в небольшом деревянном домике. Зимой 1237 года Авдотья отлучалась в Муром – купить ткани, чтобы сшить для всей семьи новые рубахи. Путь около двухсот километров нужно было преодолеть пешком, ведь в дороге коня зимой кормить нечем. Больше месяца потратила женщина на свое путешествие, а когда благополучно вернулась домой, обнаружила на месте города дымящееся пепелище и руины каменного собора. Не осталось ни одного человека, который рассказал бы ей, что рязанцы держались несколько суток. Но оружие ломалось, людей одолевала усталость… Ханские отряды ворвались в город и принялись рубить всех на своем пути. Они подожгли все деревянные строения в городе, а с каменным храмом ничего сделать не могли. Тогда они стали подкладывать под двери собора тлеющее сено. От едкого дыма, заполнившего помещение, люди теряли сознание. Тогда хан приказал выбить двери, связать ослабевших рязанцев и увести в плен. Авдотья проплакала несколько дней. На городище она пыталась отыскать хоть какие-то вещи своей семьи, в окрестностях – хоть одного живого человека. Все без результата. Авдотья осмотрела всех убитых рязанцев. Ее родных среди них не было.

Тогда женщина решилась на поступок, на который до нее не отваживался никто. В одиночку она пошла пешком за две с половиной тысячи километров – в Золотую Орду, чтобы выручить из плена своих родных. Авдотье предстояло пройти от нынешнего Спасского района до Центрального Казахстана. Именно там, посреди степи, стоял город Орда-Базар – тогдашняя столица Батыева государства. Путь растянулся на многие месяцы, питаться было нечем. Только следующей осенью Авдотья достигла ханской ставки. Рязаночку провели к хану в шатер. Услышав ее просьбу освободить родных, хан расхохотался. Он сказал, что пленных у него много и не будет он среди них искать родственников Авдотьи. Только из уважения к ее храбрости хан предложил ей сорвать любой цветок, растущий перед шатром, и искать своих близких, пока цветок не завянет в руке Авдотьи. Если завянет – ее ждет казнь.

Женщина выбрала невзрачный желтый бутон и отправилась к пленным русичам. Почти три дня ходила она среди тысяч пленников, а маленький цветочек только расцвел и не вял. К вечеру третьего дня поисков Авдотья вдруг увидела в толпе своих. Муж, сын и брат – живые – стояли перед ней. С тех пор желтый цветочек, сорванный Авдотьей, называют бессмертником. Но коварный хан заявил, что может отпустить только одного из троих. О том, что ответила Авдотья хану, сложили потом былину. Подумав, женщина сказала, что замуж можно выйти во второй раз, можно и детей родить себе еще, а вот если потерять брата, он не вернется. Авдотья Рязаночка попросила отпустить с нею брата. Хан был поражен мудростью женщины. Ведь во время осады Рязани он потерял собственного брата – тот погиб где-то под крепостными стенами. Вспомнив об этом, хан отпустил домой вместе с Авдотьей всю ее семью. Авдотья с близкими не вернулась на пепелище Старой Рязани. Есть легенда, что они поднялись выше по Оке и там срубили избу и основали новый город. Со временем в этот город стекались те, кто также спасся от Батыева нашествия. Леса в этих краях было много, люди строили себе дома, обзаводились хозяйством. Об Авдотье Рязаночке они сложили былину. А город унаследовал то самое название – Рязань.

О сердце женщины – огромный океан, В котором собрано огромное богатство. Оно полно тепла и чистоты Заботы, ласки и благоговенья. Оно не терпит зла и пустоты, Оно любовь, надежда и терпенье.

Авдотья Романовна Раскольникова — характеристика персонажа

Сестра Родиона Раскольникова из романа Ф.М. Достоевского «Преступление и наказание» (1866).

В романе «Преступление и наказание» незначительных персонажей нет, но есть второстепенные, такие как Авдотья Романовна Раскольникова, родная сестра центрального героя.

Характер Авдотьи Раскольниковой

Дуня милая, воспитанная и по-женски привлекательная особа, не обделённая вниманием мужчин. Она похожа на брата внешне, но её выделяет подбородок, выдающийся вперёд. Эта непокорная физиологическая черта словно подчёркивает сильный характер и уверенность в собственных силах в характере героини. Девушке уже минуло 22 года и пора бы определиться с выбором спутника.

Не смотря на то, что героиня находится на положении бесприданницы, желающих обладать рукой и сердцем этой стройной, черноглазой и темноволосой девушки с гордым взором хоть отбавляй.

Благородная Авдотья Романовна почти решилась выйти замуж по расчёту за скользкого типа Лужина, при этом не преследую целей обогатиться, а желая вытащить из бедности мать и помочь Родиону окончить учёбу.

Роль в сюжете

Образованной и утончённой Дуне приходится работать гувернанткой в богатом доме, чтобы как-то сводить концы с концами, пока её брат находится на обучении. Раскольникова знает себе цену и ведёт себя достаточно смело, несмотря на своё бедственное положение.

Она твёрдо решает «продать» себя замуж за нелюбимого Лужина, чтобы помочь семье, но её брат против таких жертв. После долгих споров и уговоров, Дуня, наконец, понимает кого, на самом деле, представляет из себя её потенциальный жених — редкого скупердяя, готового удавиться за каждую копейку. Она отказывается от бессмысленного приношения себя в жертву.

Обманным путём Свидригайлов, также желающий заполучить девушку, заманивает Раскольникову в свой дом и рассказывает ей, что её брат совершил ужасное преступление. Подлец рассчитывает заполучить благосклонность желанной девушки. Но Дуня непреклонна, отбиваясь от назойливого ухажера, она без колебаний стреляет в него, но промахивается. Героиня теперь точно осознаёт, что не сможет быть ни с кем из выгоды. Она твёрдо заявляет своему мучителю о свое нелюбви к нему. Обескураженный поведением решительной девушки, Свидригайлов после мучительных раздумий отпускает её.

К концу повествования Авдотья выходит замуж по любви. Её избранником становится достойный человек — друг брата Разумихин, который после ареста Раскольникова обещает защиту и заботу и Дуне, и её матери.

В «Эпилоге» сообщается, что Авдотья Романовна с мужем твёрдо решили через три-четыре года, скопив необходимый капитал, перебраться в Сибирь, в город, где отбывает каторгу Родион Раскольников (вероятно — Омск, где отбывал каторгу сам Достоевский) и «всем вместе начать новую жизнь».

Цитаты об Авдотье

— Сестра моя скорее в негры пойдет к плантатору или в латыши к остзейскому немцу, чем оподлит дух свой и нравственное чувство свое связью с человеком, которого не уважает и с которым ей нечего делать, — навеки, из одной своей личной выгоды!

— Дело ясное: для себя, для комфорта своего, даже для спасения себя от смерти, себя не продаст, а для другого вот и продает! Для милого, для обожаемого человека продаст!

— Авдотья Романовна целомудренна ужасно, неслыханно и невиданно.

. Авдотья Романовна была замечательно хороша собою — высокая, удивительно стройная, сильная, самоуверенная, что высказывалось во всяком жесте ее и что, впрочем, нисколько не отнимало у ее движений мягкости и грациозности. Лицом она была похожа на брата, но ее даже можно было назвать красавицей. Волосы у нее были темно-русые, немного светлей, чем у брата; глаза почти черные, сверкающие, гордые и в то же время иногда, минутами, необыкновенно добрые. Она была бледна, но не болезненно бледна; лицо ее сияло свежестью и здоровьем. Рот у ней был немного мал, нижняя же губка, свежая и алая, чуть-чуть выдавалась вперед, вместе с подбородком, — единственная неправильность в этом прекрасном лице, но придававшая ему особенную характерность и, между прочим, как будто надменность. Выражение лица ее всегда было более серьезное, чем веселое, вдумчивое; зато как же шла улыбка к этому лицу, как же шел к ней смех, веселый, молодой, беззаветный!

Братья Карамазовы. Книга вторая. Неуместное собрание.
I. Приехали в монастырь

КНИГА ВТОРАЯ

Неуместное собрание

I. Приехали в монастырь

Выдался прекрасный, теплый и ясный день. Был конец августа. Свидание со старцем условлено было сейчас после поздней обедни, примерно к половине двенадцатого. Наши посетители монастыря к обедне однако не пожаловали, а приехали ровно к шапочному разбору. Приехали они в двух экипажах; в первом экипаже, в щегольской коляске, запряженной парой дорогих лошадей, прибыл Петр Александрович Миусов, со своим дальним родственником, очень молодым человеком, лет двадцати, Петром Фомичем Калгановым. Этот молодой человек готовился поступить в университет; Миусов же, у которого он почему-то пока жил, соблазнял его с собою за границу, в Цюрих или в Иену, чтобы там поступить в университет и окончить курс. Молодой человек еще не решился. Он был задумчив и как бы рассеян. Лицо его было приятное, сложение крепкое, рост довольно высокий. Во взгляде его случалась странная неподвижность: подобно всем очень рассеянным людям он глядел на вас иногда в упор и подолгу, а между тем совсем вас не видел. Был он молчалив и несколько неловок, но бывало, — впрочем не иначе, как с кем-нибудь один на один, — что он вдруг станет ужасно разговорчив, порывист, смешлив, смеясь бог знает иногда чему. Но одушевление его столь же быстро и вдруг погасало, как быстро и вдруг нарождалось. Был он одет всегда хорошо и даже изысканно; он уже имел некоторое независимое состояние и ожидал еще гораздо большего. С Алешей был приятелем.

В весьма ветхой, дребезжащей, но поместительной извозчичьей коляске, на паре старых сиворозовых лошадей, сильно отстававших от коляски Миусова, подъехали и Федор Павлович с сынком своим Иваном Федоровичем. Дмитрию Федоровичу еще накануне сообщен был и час и срок, но он запоздал. Посетители оставили экипажи у ограды, в гостинице, и вошли в монастырские ворота пешком. Кроме Федора Павловича, остальные трое кажется никогда не видали никакого монастыря, а Миусов так лет тридцать может быть и в церкви не был. Он озирался с некоторым любопытством, не лишенным некоторой напущенной на себя развязности. Но для наблюдательного его ума, кроме церковных и хозяйственных построек, весьма впрочем обыкновенных, во внутренности монастыря ничего не представлялось. Проходил последний народ из церкви, снимая шапки и крестясь. Между простонародьем встречались и приезжие более высшего общества, две-три дамы, один очень старый генерал; все они стояли в гостинице. Нищие обступили наших посетителей тотчас же, но им никто ничего не дал. Только Петруша Калганов вынул из портмоне гривенник и, заторопившись и сконфузившись бог знает отчего, поскорее сунул одной бабе, быстро проговорив: «разделить поровну». Никто ему на это ничего из его сопутников не заметил, так что нечего ему было конфузиться; но, заметив это, он еще больше сконфузился.

Было однако странно; их по-настоящему должны бы были ждать и может быть с некоторым даже почетом: один недавно еще тысячу рублей пожертвовал, а другой был богатейшим помещиком и образованнейшим так-сказать человеком, от которого все они тут отчасти зависели по поводу ловель рыбы в реке, вследствие оборота, какой мог принять процесс. И вот однако ж никто из официальных лиц их не встречает. Миусов рассеянно смотрел на могильные камни около церкви и хотел было заметить, что могилки эти должно быть обошлись дорогонько хоронившим за право хоронить в таком «святом» месте, но промолчал: простая либеральная ирония перерождалась в нем почти что уж в гнев.

— Чорт, у кого здесь однако спросить, в этой бестолковщине. Это нужно бы решить, потому что время уходит, — промолвил он вдруг, как бы говоря про себя.

Вдруг подошел к ним один пожилой, лысоватый господин, в широком летнем пальто и с сладкими глазками. Приподняв шляпу, медово присюсюкивая, отрекомендовался он всем вообще тульским помещиком Максимовым. Он мигом вошел в заботу наших путников.

— Старец Зосима живет в скиту, в скиту наглухо, шагов четыреста от монастыря, через лесок, через лесок.

— Это и я знаю-с, что чрез лесок, — ответил ему Федор Павлович, — да дорогу-то мы не совсем помним, давно не бывали.

— А вот в эти врата, и прямо леском. леском. Пойдемте. Не угодно ли. мне самому. я сам. Вот сюда, сюда.

Они вышли из врат и направились лесом. Помещик Максимов, человек лет шестидесяти, не то что шел, а лучше сказать почти бежал сбоку, рассматривая их всех с судорожным, невозможным почти любопытством. В глазах его было что-то лупоглазое.

— Видите ли, мы к этому старцу по своему делу, — заметил строго Миусов, — мы так-сказать получили аудиенцию «у сего лица», а потому хоть и благодарны вам за дорогу, но вас уж не попросим входить вместе.

— Я был, был, я уже был. Un chevalier parfait! 1 — и помещик пустил на воздух щелчок пальцем.

— Кто это chevalier? 2 — спросил Миусов.

— Старец, великолепный старец, старец. Честь и слава монастырю. Зосима. Это такой старец.

Но беспорядочную речь его перебил догнавший путников монашек, в клобуке, невысокого росту, очень бледный и испитой. Федор Павлович и Миусов остановились. Монах с чрезвычайно вежливым, почти поясным поклоном произнес:

— Отец игумен, после посещения вашего в ските, покорнейше просит вас всех, господа, у него откушать. У него в час, не позже. И вас также, — обратился он к Максимову.

— Это я непременно исполню! — вскричал Федор Павлович, ужасно обрадовавшись приглашению, — непременно. И знаете, мы все дали слово вести себя здесь порядочно. А вы, Петр Александрович, пожалуете?

— Да еще же бы нет? Да я зачем же сюда и приехал, как не видеть все их здешние обычаи. Я одним только затрудняюсь, именно тем, что я теперь с вами, Федор Павлович.

— Да, Дмитрия Федоровича еще не существует.

— Да и отлично бы было, если б он манкировал, мне приятно что ли вся эта ваша мазня, да еще с вами на придачу? Так к обеду будем, поблагодарите отца игумена, — обратился он к монашку.

— Нет, уж я вас обязан руководить к самому старцу, — ответил монах.

— А я, коль так, к отцу игумену, я тем временем прямо к отцу игумену, — защебетал помещик Максимов.

— Отец игумен в настоящий час занят, но как вам будет угодно. — нерешительно произнес монах.

— Преназойливый старичишка, — заметил вслух Миусов, когда помещик Максимов побежал обратно к монастырю.

— На фон-Зона похож, — проговорил вдруг Федор Павлович.

— Вы только это и знаете. С чего он похож на фон-Зона? Вы сами-то видели фон-Зона?

— Его карточку видел. Хоть не чертами лица, так чем-то неизъяснимым. Чистейший второй экземпляр фон-Зона. Я это всегда по одной только физиономии узнаю.

— А пожалуй; вы в этом знаток. Только вот что, Федор Павлович, вы сами сейчас изволили упомянуть, что мы дали слово вести себя прилично, помните. Говорю вам, удержитесь. А начнете шута из себя строить, так я не намерен, чтобы меня с вами на одну доску здесь поставили. Видите, какой человек, — обратился он к монаху, — я вот с ним боюсь входить к порядочным людям.

На бледных, бескровных губах монашка показалась тонкая, молчальная улыбочка, не без хитрости в своем роде, но он ничего не ответил, и слишком ясно было, что промолчал из чувства собственного достоинства. Миусов еще больше наморщился.

«О, чорт их всех дери, веками лишь выработанная наружность, а в сущности шарлатанство и вздор!» пронеслось у него в голове.

— Вот и скит, дошли! — крикнул Федор Павлович, — ограда и врата запертые.

И он пустился класть большие кресты пред святыми, написанными над вратами и сбоку врат.

— В чужой монастырь со своим уставом не ходят, — заметил он. — Всех здесь в скиту двадцать пять святых спасаются, друг на друга смотрят и капусту едят. И ни одной-то женщины в эти врата не войдет, вот что особенно замечательно. И это ведь действительно так. Только как же я слышал, что старец дам принимает? — обратился он вдруг к монашку.

— Из простонародья женский пол и теперь тут, вон там, лежат у галлерейки, ждут. А для высших дамских лиц пристроены здесь же на галлерее, но вне ограды, две комнатки, вот эти самые окна, и старец выходит к ним внутренним ходом, когда здоров, то-есть все же за ограду. Вот и теперь одна барыня, помещица харьковская, г-жа Хохлакова, дожидается со своею расслабленною дочерью. Вероятно, обещал к ним выйти, хотя в последние времена столь расслабел, что и к народу едва появляется.

— Значит, все же лазеечка к барыням-то из скита проведена. Не подумайте, отец святой, что я что-нибудь, я только так. Знаете, на Афоне, это вы слышали ль, не только посещения женщин не полагается, но и совсем не полагается женщин и никаких даже существ женского рода, курочек, индюшечек, телушечек.

— Федор Павлович, я ворочусь и вас брошу здесь одного, и вас без меня отсюда выведут за руки, это я вам предрекаю.

— А чем я вам мешаю, Петр Александрович. Посмотрите-ка, — вскричал он вдруг, шагнув за ограду скита, — посмотрите в какой они долине роз проживают!

Действительно, хоть роз теперь и не было, но было множество редких и прекрасных осенних цветов везде, где только можно было их насадить. Лелеяла их видимо опытная рука. Цветники устроены были в оградах церквей и между могил. Домик, в котором находилась келья старца, деревянный, одноэтажный, с галлереей пред входом, был тоже обсажен цветами.

— А было ль это при предыдущем старце, Варсонофии? Тот изящности-то, говорят, не любил, вскакивал и бил палкой даже дамский пол, — заметил Федор Павлович, подымаясь на крылечко.

— Старец Варсонофий действительно казался иногда как бы юродивым, но много рассказывают и глупостей. Палкой же никогда и никого не бивал, — ответил монашек. — Теперь, господа, минутку повремените, я о вас повещу.

— Федор Павлович, в последний раз условие, слышите. Ведите себя хорошо, не то я вам отплачу, — успел еще раз пробормотать Миусов.

— Совсем неизвестно, с чего вы в таком великом волнении, — насмешливо заметил Федор Павлович, — али грешков боитесь? Ведь он, говорят, по глазам узнает, кто с чем приходит. Да и как высоко цените вы их мнение, вы, такой парижанин и передовой господин, удивили вы меня даже, вот что!

Но Миусов не успел ответить на этот сарказм, их попросили войти. Вошел он несколько раздраженный.

«Ну, теперь заране себя знаю, раздражен, заспорю. начну горячиться — и себя и идею унижу», мелькнуло у него в голове.

Почему люди идут в монастырь? (послушница И.)

Часто на монахов смотрят с явным непониманием. Бытует мнение, что уход в монастырь обусловлен потерей всякого интереса к жизни. Многие думают, что монахи – это несчастные люди, которые добровольно лишают себя земных радостей, по причине какого-то страшного потрясения. Молодая девушка в монашеских одеждах, чаще всего, вызывает чувство глубокого сострадания. Монастырская жизнь представляется абсолютно безрадостной. Так ли это? Что же заставляет человека оставить все: родных, дом, временные удовольствия, одеть черную одежду и удалиться от мира? К монашеству призывает Бог, и трудно объяснить это человеку, который ни разу не переступил порог храма.

В монастырь приходят разные люди: пожилые и молодые, желающие посвятить всю свою жизнь Богу и те, кто перед смертью хотел бы принести покаяние. Приходят в монастырь и те, кто хочет укрыться от мирских проблем, не понимая, что монашеская жизнь ни сколько не легче, а во многом даже и труднее мирской. Но эти люди в скором времени понимают, что такой путь совсем не для них и, чаще всего, уходят сами. Важно знать ради чего стоит идти в монастырь, осознавать всю серьезность и ответственность такого поступка. Тот, кто, вступив на этот путь, оглядывается назад – неблагонадежен для Царствия Небесного, а путь этот весьма труден, сопровождается многими скорбями и лишениями. Отвержение своей воли, умерщвление плоти, борьба со страстями, собственным самолюбием и эгоизмом – вот, что переживают живущие за монастырской оградой. Внутренняя брань страшнее всякого внешнего неудобства, которое так же часто приходится сносить инокам. И что же? Понимая все это, молодые юноши и девушки отказывались и отказываются от «нормальной», в представлении многих, жизни и добровольно идут на все эти мучения. Многим кажется это глупым, однако такой поступок вовсе не глуп, решившиеся на него взамен получают нечто несоизмеримо большее – претерпевшие все, по кончине своей, наследуют вечное блаженство в Царствии Божием. Одно только осознание такой участи утешает и согревает души послушников, однако и земная жизнь их не лишена радостей, напротив, никто из истинных подвижников и монахов не променяет то утешение и радость, которые дает им Господь за терпение и послушание, на скудные земные блага. Пережив, хотя бы раз в жизни, действие Божественной Благодати, они теряют всякий интерес ко всему остальному, тому, к чему все мы привязаны и без чего нам, кажется, нельзя жить.

Так какие же радости у монахов? Их так много, что перечислить все будет невозможно, да и не стоит этого делать. Но о некоторых, все же, можно упомянуть, чтобы разрушить миф о том, что в монастырях живут хмурые и несчастные люди. Многие паломники с удивлением открывают для себя, что в монастыре все сияют, охотно разговаривают с гостями, всячески стараются им помочь и радуются жизни. Приехав в обитель, будто бы попадаешь в другой мир. Настоящий рай. Все здесь приветливые и улыбчивые, не знают мирской суеты, не смотрят новости, не видят той грязи, которая царит повсюду. Все насельники – это одна большая семья. Придите и сами увидите, какая между ними любовь, как трепетно и со вниманием они друг к другу относятся, и не только друг к другу, но и ко всему живому. Повсюду жизнь, растения, даже если монастырь городской, там обязательно будут цветы и деревья, за которыми заботливо ухаживают послушники. А Матушка – это настоящая мама. Даже в мужском монастыре игумен не отец, а мать. Заботится она о своих детях, за каждого переживает и болит ее сердце. Что может быть дороже этого? Кто бы ни хотел жить в такой семье? Конечно, всякое может случится, мы живые люди, со своими страстями и немощами. Многое и потерпеть приходится, но без этого не спастись. Однако терпя немощи ближнего и, стараясь где-то отречься своей воли, мы, тем самым, учимся состраданию и любви.

Жизнь монаха трудная. Но и жизнь всякого человека трудна! Однако у монашествующих есть то, чего нет у других – это настоящая свобода! Настоящая жизнь! В монастырях нет суеты, но жизнь не стоит здесь на месте, она кипит. Насельники много трудятся на послушаниях, но труд этот приносит большое утешение, если выполнять работу ради Бога. Во всем виден смысл, и время не проходит впустую. Но самое главное – это молитва! Ведь именно в молитвенном общении с Богом и состоит истинная радость и утешение монаха!

magaeva

Как Авдотья рязаночка Батыя победила

Больше 700 лет прошло с тех пор, как войско хана Батыя разорило Рязань. По преданию, из всех горожан уцелела только одна семья – семья Авдотьи. Эта женщина не побоялась отправиться за своими близкими в Золотую Орду.

ПЕПЕЛИЩЕ ВМЕСТО ДОМА

– Авдотья была женщиной из обыкновенной рязанской семьи.
– Ее муж и брат не входили в дружину, а занимались ремеслами. У нее был маленькй сын. Жили, как и большинство, в небольшом деревянном домике.
Зимой 1237 года Авдотья отлучалась в Муром – купить ткани, чтобы сшить для всей семьи новые рубахи.
Путь около двухсот километров нужно было преодолеть пешком, ведь в дороге коня зимой кормить нечем.
Больше месяца потратила женщина на свое путешествие, а когда благополучно вернулась домой, обнаружила на месте города дымящееся пепелище и руины каменного собора.

Не осталось ни одного человека, который рассказал бы ей, что рязанцы держались несколько суток. Но оружие ломалось, людей одолевала усталость…
Ханские отряды ворвались в город и принялись рубить всех на своем пути.
Они подожгли все деревянные строения в городе, а с каменным храмом ничего сделать не могли. Тогда они стали подкладывать под двери собора тлеющее сено. От едкого дыма, заполнившего помещение, люди теряли сознание. Тогда хан приказал выбить двери, связать ослабевших рязанцев и увести в плен.
Впрочем, и без рассказчика было понятно, что произошло.
Авдотья проплакала несколько дней. На городище она пыталась отыскать хоть какие-то вещи своей семьи, в окрестностях – хоть одного живого человека. Все без результата.
Авдотья осмотрела всех убитых рязанцев. Ее родных среди них не было.
Тогда женщина решилась на поступок, на который до нее не отваживался никто.

Женщина преодолела пешком 2000 км чуть меньше чем за год.

В одиночку она пошла пешком за две с половиной тысячи километров – в Золотую Орду, чтобы выручить из плена своих родных.
Авдотье предстояло пройти длинный путь. Именно там, посреди степи, стоял город Орда-Базар – тогдашняя столица Батыева государства.

ХАН ИСПЫТЫВАЛ РЯЗАНОЧКУ

Путь растянулся на многие месяцы, питаться было нечем.
Поселений по дороге не встречалось: за границей княжества Рязанского начинались земли кочевников. Эти народы долго не задерживались на одном месте.
Только следующей осенью Авдотья достигла ханской ставки.
Рязаночку провели к хану в шатер. Услышав ее просьбу освободить родных, хан расхохотался. Он сказал, что пленных у него много и не будет он среди них искать родственников Авдотьи. Только из уважения к ее храбрости хан предложил ей сорвать любой цветок, растущий перед шатром, и искать своих близких, пока цветок не завянет в руке Авдотьи.
Если завянет – ее ждет казнь.

БЕССМЕРТНИК РАСЦВЕЛ В РУКАХ

Цветок бессмертника спас жизнь Авдотье
и ее близким – за это и получил свое название.

Женщина выбрала невзрачный желтый бутон и отправилась к пленным русичам.
Почти три дня ходила она среди тысяч пленников, а маленький цветочек только расцвел и не вял. К вечеру третьего дня поисков Авдотья вдруг увидела в толпе своих.
Муж, сын и брат – живые – стояли перед ней. С тех пор желтый цветочек, сорванный Авдотьей, называют бессмертником.
Но коварный хан заявил, что может отпустить только одного из троих. О том, что ответила Авдотья хану, сложили потом былину.
Подумав, женщина сказала, что замуж можно выйти во второй раз, можно и детей родить себе еще, а вот если потерять брата, он не вернется. Авдотья Рязаночка попросила отпустить с нею брата.
Хан был поражен мудростью женщины. Ведь во время осады Рязани он потерял собственного брата – тот погиб где-то под крепостными стенами.
Вспомнив об этом, хан отпустил домой вместе с Авдотьей всю ее семью.

НОВЫЙ ГОРОД КРАШЕ ПРЕЖНЕГО

Авдотья с близкими не вернулась на пепелище Старой Рязани.
Есть легенда, что они поднялись выше по Оке и там срубили избу и основали новый город.
Со временем в этот город стекались те, кто также спасся от Батыева нашествия.
Леса в этих краях было много, люди строили себе дома, обзаводились хозяйством. Об Авдотье Рязаночке они сложили былину.
А город унаследовал то самое название – Рязань.
Дотошные историки скажут, что нет доказательств героического похода Авдотьи Рязаночки.
Ну и пусть. Зато уже более 700 лет она живет в рассказах людей, которые так же дорожат рязанской землей.

Славный старый король Бахмет турецкий —
Воевал он землю российскую,
Завоёвывал он старый Казань-город подлесный;
Он стоял под городом со своей силой-армией
Много поры-времени
Да и разорил Казань-город подлесный,
Разорил Казань-город начисто;
Он в Казани князей-бояр всех вырубил,
Да и княгинь-боярынь —
Тех живых в полон взял,
Полонил он народу многи тысячи;
Он повёл их в свою землю турецкую,
Становил на дороге три заставы великие:
Первую заставу великую —
Напускал реки, озёра глубокие;
Другую заставу великую —
В чистые поля широкие
Становил воров-разбойников;
А третью заставу — в темны леса
Напустил зверя лютого!
Только в Казани во городе
Оставалась одна молодая жёнка Авдотья Рязаночка.
Она пошла в землю турецкую
Да ко славному королю ко Бахмету турецкому,
Да она пошла полон просить;
Шла она не путём, не дорогою:
Да глубокие реки, озёра широкие —
Те она пловом плыла,
А мелкие реки, озёра широкие —
Да те она бродком брела;
Да прошла она другую заставу великую —
А в чистых полях тех широких
Воров-разбойников в полдень прошла:
Как в полдень воры лютые —
Они опочив держат;
Да прошла она третью заставу великую —
Да в тёмных лесах дремучих
Лютых зверей в полночь прошла:
Да во полночь звери лютые —
Они опочив держат!
Приходила во землю турецкую
К славному королю Бахмету турецкому
Да в его ли палаты королевские;
Она крест-то кладёт по-писаному,
А поклоны-то ведёт по-учёному,
Да она бьёт королю челом, низко кланяется:
«Да ты государь король Бахмет турецкий!
Разорил ты нашу страну Казань-город подлесный,
Да ты князей наших бояр всех повырубил,
Ты княгинь наших боярынь —
Тех живых в полон взял,
Ты брал в полон народу многи тысячи,
Ты завёл их в свою землю турецкую,
Я — молодая жёнка Авдотья Рязаночка,
Я осталася в Казани одинёшенька,
Я пришла, сударь, к тебе сама да изволила,
Не возможно ли будет отпустить мне народу
сколько-нибудь пленного,
Хоть бы из своего-то роду-племени?»
Говорит король Бахмет турецкий:
«Молодая ты жёнка Авдотья Рязаночка!
Как я разорил вашу стару Казань подлесную,
Да я князей-бояр всех повырубил,
Я княгинь-боярынь — да тех живых в полон побрал,
Да я брал в полон народу многи тысячи,
Я завёл их в свою землю турецкую,
Становил я на дороге три заставы великие:
Первую заставу великую —
Реки, озера глубокие;
Вторую заставу великую —
В чистые поля широкие
Становил лютых воров-разбойников;
Да третью заставу великую —
В темны леса дремучие
Напустил я лютых зверей!
Да скажи ты мне, жёнка Авдотья Рязаночка,
Как ты эти заставы прошла и проехала?»
Ответ держит жёнка Авдотья Рязаночка:
«Ай ты славный король Бахмет турецкий!
Я эти заставы великие
Прошла не путем, не дорогою:
Как я реки, озёра глубокие —
Те я пловом плыла;
А в чистых полях тех широких
Воров-то разбойников —
Тех-то я в полдень прошла:
В полдень воры-разбойники —
Они опочив держат;
В тёмных лесах тех лютых зверей —
Тех я в полночь прошла:
В полночь звери лютые —
Они опочив держат. »
Да те ли речи королю полюбилися,
Говорит славный король Бахмет турецкий:
«Ай же ты молодая жёнка Авдотья Рязаночка!
Да умела с королём речь говорить,
Да умей попросить у короля из полона головушку —
Да которой головушки больше век не нажить будет»
Да говорит молодая жёнка Авдотья Рязаночка:
«Ай ты славный король Бахмет турецкий!
Я замуж выйду — да мужа наживу,
Да у меня будет свёкор — стану звать батюшкой,
Да будет свекровка — стану звать матушкой,
А я ведь буду у них снохою слыть;
Да поживу с мужем — да я сынка рожу,
Да вспою, вскормлю — у меня и сын будет,
Да станет меня звати матушкой;
Да я сынка женю, да и сноху возьму —
Да буду ли я и свекровкой слыть;
Да ещё же я поживу с мужем —
Да и себе дочь рожу,
Да вспою, вскормлю — у меня и дочь будет,
Да станет меня звати матушкой;
Да дочку я замуж отдам, да у меня и зять будет —
И буду я тёщей слыть;
А не нажить-то мне той будет головушки —
Да милого-то братца любимого,
И не видать-то мне братца будет век и по веку*».
Да те ли речи королю прилюбилися,
Говорил он жёнке таково слово:
«Ай же ты молодая жёнка Авдотья Рязаночка!
Ты умела просить у короля из полона головушку,
Да которой-то не нажить и век будет!
Когда я разорял вашу стару Казань-город подлесный,
Я князей-бояр всех повырубил,
А княгинь-боярынь — я тех живых в полон побрал,
Брал в полон народу многи тысячи —
Да убили у меня милого братца любимого,
И славного пашу турецкого,
Да не нажить мне братца будет век и по веку!
Да ты молодая жёнка Авдотья Рязаночка,
Ты бери-ка народ свой полонённый
Да уведи их в Казань до единого!
Да за твои-то слова за учтивые
Да ты бери себе золотой казны
Да в моей-то земле во турецкой,
Да столько бери себе, сколько надобно!»
Тут жёнка Авдотья Рязаночка
Брала с собой народ полонённый,
Да и взяла она золотой казны
Да из той земли из турецкой,
Да сколько ей-то было надобно,
Да привела народ полонённый
Да во ту ли Казань во опустелую,
Да она построила Казань-город наново,
Да с той поры Казань стала славная,
Да с той поры стала Казань богатая,
Да тут ли в Казани Авдотьино имя возвеличилось,
Да и тем дело кончилось!

Образ Авдотьи Рязаночки — несомненно, вымышленный, не имеющий летописного прототипа, встречается он в исторической песне, сложенной, повидимому, в середине XIII века и с небольшими изменениями сохраненной севернорусскими сказителями вплоть до XX столетия. Песня начинается картиной татарского нашествия.

Славные старые король Бахмет турецкие
Воевал он на землю Российскую,
Добывал он старые Казаньгород подлесные.
Он-де стоял под городом
Со своей силой-армией
Много поры этой было, времени,
Да и разорил Казань «город подлесные,
Разорил Казань-де-город на пусто.
Он в Казани князей-бояр всех вырубил,
Да и княгинь-боярыней
Тех в живых побрал.
Полонил он народу многи тысячи,
Он повел-де в свою землю турейкую.

Здесь по крайней мере два анахронизма. Первый — «король турецкий» и «земля турецкая», второй — «Казань подлесная». Это поздние замены царя татарского и земли татарской и Рязани.
Древняя песня была откликом на нашествие полчищ Батыя и на разорение Рязани в 1237 году. Рязань первой приняла на себя удары нашествия, подверглась страшному разгрому — это событие было описано в книжной «Повести о разорении Рязани Батыем», где наряду с точными летописными подробностями нашли место и народные песни.
Повесть завершалась рассказом о возрождении Рязани: князь Ингварь Ингоревич «обнови землю Рязанскую, и церкви постави, и монастыри согради, и пришельцы утеши, и люди собра».

В народной песне тот же подвиг совершает простая «молодая женка» Авдотья Рязаночка (кстати, имя «Рязаночка» говорит о местах, где происходили события).
Но делает она это совсем по другому.
В песне немало сказочно-фантастического, необычайного.
Вражеский царь на обратном пути ставит «заставы великие»: реки и озера глубокие, «чистые поля широкие, воров-разбойников» и «темны леса», наполненные «зверями лютыми».
Авдотья Рязаночка одна осталась в городе. Она и отправляется в «землю турецкую» — «полону просить». Ей удается почти чудесным образом преодолеть препятствия. Она обращается к Бахмету:

Я осталася в Казани единешенька,
Я пришла, сударь, к тебе сама да изволила,
Не возможно ли будет отпустить мне народу сколько-нибудь пленного,
Хошь бы своего-то роду-племени?

Дальнейший диалог «короля» и «молодой женки» развивается в духе старых былин.
Узнав о том, как искусно прошла Авдотья «заставы великие», и отдав должное тому, как умело она говорила с ним, Бахмет задает ей трудную задачу: только выполнив ее, она сможет увести с собой полон.

Да умей попросить у короля
полону-де головушки,
Да которой головушки боле век не нажить буде.

«Молодая женка» справляется с этой задачей, проявляя свойства сказочной или былинной «мудрой девы».

Я замуж выйду — да мужа наживу,
Да у мня буде свекор — стану звать батюшкой,
Да ли буде свекровка — стану звать матушкой,
А ведь буду у них снохою слыть;
Да поживу с мужем — да я сынка рожу,
Да воспою, вскормлю — у мня и сын буде,
Да стане меня звати матушкой;
Да я сынка женю да и сноху возьму —
Да буду ли я и свекровой слыть;
Да еще же я поживу с мужем —
Да и себе дочь рожу,
Да воспою, вскормлю — у мня и дочь буде,
Да стане меня звати матушкой.
Да дочку я замуж отдам —
Да и у меня и зять буде,
И буду я тещей слыть.

Таким образом, может быть, по словам Авдотьи, восстановлена вся большая семья — только в обновленном составе.

А не нажить-то мне той буде головушки —
Да милого-то братиа любимого,
И не видать-то мне братиа будет век и по веку.

Вот ключ к решению трудной задачи: всех родственников можно «нажить» — кроме родного брата.
Ответ Авдотьи не только верен, но и, оказывается, затрагивает самого Бахмета: он признается, что во время нашествия на Русь погиб его любимый брат.

Ты умела просить у короля полону ли головушки,
Да которой-то не нажить и век буде.
Ты бери-тко народ своей полоненые
Да уведи их в Казань до единого.
Да за твои-ты слова за учливые
Да ты бери себе золотой казны
Да в моей-то земли во турецкие,
Да ли только бери тебе сколько надобно.

Так, благодаря мудрому ответу Авдотья получает право увести на Русь «народ полоненые» в «Казань опустелую».

Да она построила Казань-город наново,
Да с той поры стала Казань-де славная,
Да с той поры стала Казанъ-де богатая,
Да и тут ли в Казани Авдотьино имя возвеличилось.

Такова легенда о «молодой женке», совершившей чудо. В истинность происшедшего и в подлинность героини Древняя Русь верила твердо.

Ссылка на основную публикацию